— Резерв.
Первый настоящий успех достался И-16. Ведомый второй пары «Чаек», оставшийся один против отвлекающего противника, слишком увлёкся. И-16 не стал с ним виражить, он разогнался, ушёл вверх, перевернулся и атаковал сверху. Лётчик И-153 увидел его слишком поздно. Фотопулемёт И-16 отработал почти идеальную очередь. Посредник на земле поставил первую отметку. Если плёнка подтвердит — «Чайка» сбита, но И-16 заплатил за эту атаку временем. Пока он занимался противником, его товарищи остались вдвоём. Один уже был вынужден отказаться от захода на СБ: ведущий второй пары И-153 вышел ему навстречу. Второй прорвался дальше, до бомбардировщиков оставалось совсем немного, и именно его встретила третья пара. И-16 попытался пройти между ними на скорости. Ведущий «Чайки» атаковал первым. И-16 отвернул, ведомый И-153 оказался с другой стороны. Пришлось отворачивать снова, несколько секунд — и возможность для атаки СБ исчезла. И-16 выскочил из схватки, используя скорость, «Чайки» его не преследовали. Обе развернулись обратно к бомбардировщикам. Рычагов опустил бинокль.
— Они вообще никого не гоняют.
Копец ответил:
— А зачем?
— Вот и я думаю — зачем.
Павлов ещё несколько секунд следил за небом, потом сказал:
— Непривычно выглядит. Обычно если уж зацепились, так и крутятся, пока кто-нибудь не выйдет.
— Вот поэтому и теряют строй, — ответил Копец. — Человек видит перед собой противника и забывает, зачем вообще сюда прилетел.
Рычагов коротко хмыкнул:
— Не только у нас такая болезнь.
— Тем более надо лечить заранее.
Сверху снова донёсся далёкий рокот. И-16 уже собирались для следующего захода. Копец видел, что командир противника быстро понял главную опасность. Значит, лёгкой прогулки не будет, да и не должно быть.
Первая тройка И-16 тем временем перестроилась. Один из её самолётов, вероятно, уже получил условное поражение, но пока продолжал бой — окончательный результат определяли только после посадки. Теперь командир И-16 изменил тактику. Больше никаких попыток втянуть «Чайки» в вираж, обе тройки начали работать скоростными проходами. Вот здесь преимущество И-16 проявилось полностью. Они входили в район боя, атаковали и уходили, а И-153 не могли их догнать. Копец видел, как постепенно его первоначальная схема начинает ломаться. «Чайкам» приходилось реагировать. Одна пара ушла слишком далеко вправо, вторая оказалась ниже, третья осталась возле СБ.
— Сейчас, — сказал Рычагов.
Копец и сам понял, И-16 наконец создали себе окно. Три машины одновременно пошли на бомбардировщики с разных направлений.
Одна пара И-153 успевала встретить первую, вторая — вторую. Третьему дорога была почти открыта, почти. Командир «Чаек» приказал:
— Второй паре не преследовать! К группе!
Но было поздно. И-16 уже приближался к крайней тройке СБ. Стрелок одного из бомбардировщиков развернул пулемёт. Фотопулемёт истребителя заработал. Копец выругался про себя, прорвался. И тут И-16 отвернул. Слишком рано? Или получил условный огонь от стрелка? С земли определить было невозможно.
— Есть атака? — спросил Тимошенко.
— Не знаю, — ответил Рычагов.
— Стрелял же.
— Стрелять мало.
Копец молчал, именно для этого были плёнки. Бой продолжался ещё несколько минут. Теперь обе стороны уже поняли друг друга. И-16 больше не пытались крутиться с «Чайками». «Чайки» перестали пытаться перехватывать их далеко от СБ. Возник странный бой, более быстрые И-16 раз за разом пытались найти брешь. Более манёвренные И-153 не пытались уничтожить противника, а постоянно возвращались к бомбардировщикам. И постепенно преимущество трёх пар становилось всё заметнее. И-16 могли отвлечь одну, даже две, но оставалась третья. А если одна пара распадалась, её самолёты после короткого эпизода снова находили друг друга по радио. У троек всё происходило тяжелее. После каждого резкого манёвра командиру приходилось собирать ведомых. Один раз третий И-16 отстал настолько, что фактически на полминуты выпал из общей атаки. Этого хватило, одна из «Чаек» вышла ему в хвост. Фотопулемёт, короткая очередь и снова никакого преследования. Разворот, назад к СБ, но бесплатно этот бой прикрытию не давался. Во время очередной скоростной атаки И-16 поймал ведущего первой пары на выходе из виража. Тот слишком долго держал самолёт в развороте, пытаясь обеспечить ведомому позицию для атаки. И-16 прошёл сверху, фотопулемёт, вторая возможная потеря «Чаек». Копец поморщился.
— Не нравится? — спросил Павлов.
— Нравится.
— У тебя второй самолёт сбили.
— Поэтому и нравится.
Павлов посмотрел на него как на ненормального и Копец пояснил:
— Значит, не поддаются.