Девушка молчала.
— Изаура, — начал молодой Фонсеки, — я пришел к тебе вовсе не затем, чтобы упрашивать тебя покориться мне.
— А зачем? — тихо спросила она.
Леонсио улыбнулся.
— Я пришел сюда затем, чтобы дать дружеский совет.
— Какой?
— Если ты думаешь, что сможешь увидеть своего отца, что он поможет тебе, то ты глубоко ошибаешься.
—Неправда! — тихо возразила Изаура. — Мой отец никогда не оставит меня.
— Не сомневаюсь, что именно так он и сделал бы. Но теперь Мигел сидит в тюрьме и никогда не сможет тебе помочь.
— Нет!.. Не может быть... За что?!
По щекам Изауры текли слезы. Она давно подозревала, что Леонсио не оставит ее отца в покое и обязательно попытается что-нибудь сотворить с ним. Теперь самые страшные ее подозрения сбылись.
— За что? В чем его обвиняют? — со слезами в голосе спросила девушка.
— В убийстве Энрике! — засмеялся Леонсио.
— В убийстве?! Нет, не может быть!
Леонсио молча протянул ей газету.
— На, смотри сама, — сказал он, тыча пальцем в одну из статей.
Пока Изаура читала, Леонсио продолжал говорить:
— Вот видишь, теперь ты осталась совсем одна. Нет больше ни Энрике, ни Алваро, которые могли бы заступиться за тебя. Твой отец сейчас сидит в тюрьме и сам нуждается в помощи. Теперь ты осталась совсем одна.
Дочитав статью, Изаура отшвырнула газету.
— Вы... Вы... Вы жестокий и подлый человек, господин Леонсио, — вся в слезах пробормотала она.
Леонсио улыбнулся.
— Можешь сколько угодно оскорблять меня, — сказал он, — я прощаю тебе это. И знаешь почему?! Потому что ты — моя собственность. Теперь никто не сможет помешать мне овладеть тобой. А поэтому я не обращаю внимания на твои оскорбления.
Изаура молчала и глядела куда-то мимо своего хозяина.
— Подумай, глупая, — продолжал тот, — ведь теперь тебе не у кого просить защиты и поддержки. Я теперь могу не Церемониться с тобой и делать все, что придет мне в голову. Поэтому ты должна быть со мной поласковей, ведь только от меня зависит твоя судьба. Я не буду обещать тебе свободы, денег и всего остального, как раньше. Но ты сможешь получить спокойную жизнь у меня на фазенде, если захочешь. Ты понимаешь меня?
Изаура чуть заметно улыбнулась. Это несколько ободрило Леонсио, и он продолжил свои разглагольствования:
— Никто и никогда не доставлял мне столько хлопот, сколько ты. Но теперь, к сожалению для тебя и к счастью для меня, это кончилось. Теперь я могу спокойно наслаждаться твоим телом, хочешь ты этого или нет. Но одно дело, если я возьму тебя силой, и совсем другое, если ты покоришься мне сама. Подумай над этим хорошенько.
Изаура опять улыбнулась. Только теперь ее улыбка была намного светлее, чем в прошлый раз.
— Я очень рад, что ты понимаешь меня, — продолжал Леонсио, окрыленный ее внезапной приветливостью. — Ведь если ты мне покоришься, тебя ждет спокойная жизнь на моей фазенде.
Изаура вдруг поднялась с подушки и протянула руки к Леонсио, широко улыбаясь. Молодой Фонсеки вскочил, готовый броситься в ее объятия, но вдруг увидел, что Изаура улыбается совсем не ему. Он оглянулся назад и вскрикнул от неожиданного испуга.
Перед Леонсио в дверях стоял Алваро Фонтес...