— Нет, хозяин, что вы?! — ответила испуганная рабыня.
— Роза сказала мне, что видела, как ты собрала вещи и направилась к реке.
— Но у меня нет никаких вещей, господин Леонсио, вы же видите!
Леонсио действительно видел, что у Изауры ничего нет с собой. Более того, она шла босиком и волосы у нее были влажные. Сразу можно было определить, что девушка только что искупалась.
— Ты видела сегодня Розу? — спросил Леонсио, внезапно обо всем догадавшись.
— Да, хозяин. Она приходила ко мне утром.
— И что она тебе говорила?
Изаура потупилась. Она не хотела говорить правду. Ведь Леонсио накажет Розу, и та еще больше возненавидит ее.
— Ладно, можешь ничего не говорить, я и так все понял.
Роза заперлась у себя в комнате и дрожала от страха. Как она теперь раскаивалась, что совершила эту глупость! Ведь Леонсио догадается, что она хотела насолить Изауре, и жестоко накажет ее.
— Роза, открой! — раздался голос Леонсио и стук в дверь.
Роза открыла ему вся в слезах.
— Простите меня, хозяин! — разрыдалась она и упала перед ним на колени.
Леонсио не стал наказывать ее. Он только сказал рабыне:
— Если ты, подлая негодяйка, не оставишь в покое Иза- УРУ, я велю приковать тебя к позорному столбу, запомни это!
Он ушел, закрыв за собой дверь, а Роза так и осталась стоять на коленях.
Глава 83
Ранним солнечным утром к закрытым воротам, открывающим путь на фазенду, подъехал всадник. Его лошадь взмокла, изо рта кобылы белыми хлопьями стекала пена. Всадник приподнялся на стременах и огляделся. Из кустов терновника раздавался раскатистый храп.
— Эй, там! — крикнул ездок. — А ну, просыпайся, бездельник!
Храп оборвался, и через мгновение из кустов вылез заспанный охранник. Он, пошатываясь, подошел к воротам, закинул на плечо карабин и слипшимися глазами попытался рассмотреть приезжего. Одет наездник был не по-дорожному. Судя по всему, он проскакал не один десяток миль по пыльной, каменистой дороге. И тем более странно выглядели на нем строгий вечерний костюм с протертыми локтями, рваные брюки и грязные, когда-то лакированные ботинки. Широкая шляпа покрывала его седую голову. Из-под густых бровей выглядывали бесноватые усталые глаза.
— Кто вы такой? — заспанно проговорил охранник.
Казалось, всадник вместо своей лошади сам встанет на дыбы от услышанного.
— Черт побери, ты не узнаешь своего хозяина? — завопил он.
— Прошу прощения, я здесь человек новый, но знаю, что мой хозяин находится в своем доме.
— Я командор Алмейда де Фонсеки! Владелец этой фазенды! Открывай ворота, щенок, а не то я хорошенько пройдусь плеткой по твоей паршивой спине!
Охранник скинул с плеча винтовку и взвел курок.
— Судя по вашему виду, уважаемый, — вежливо, но властно проговорил он, — вы никакой не дон Алмейда. Командор сейчас в Рио, и вряд ли, если ему вздумается приехать сюда, он воспользуется конем как средством передвижения, ведь нужно будет проехать добрых тысячу миль.
— Какой, к дьяволу, Рио? Все последнее время я был в Кампусе! В Кампусе, слышишь? Кто ты такой, что благородный дон должен давать тебе объяснения? Открой ворота и убирайся с дороги!
— Если вы будете продолжать в том же духе, я вынужден будут выстрелить в вас!! Убирайтесь сами откуда приехали!
Командор в бешенстве завращал глазами. Он больше не сказал ни слова, только медленно отъехал на некоторое расстояние от ворот, вжался в седло и пришпорил лошадь. Удивленный охранник завороженно наблюдал за тем, как дон Алмейда легко преодолел деревянную изгородь и погарцевал по направлению к хозяйскому дому.