— То есть головой.
— Она у меня сейчас плохо работает.
Я задумчиво разглядывал карту. Местность сложная, горная, а вводных почти ни каких…
— Ваш вертолёт сколько человек может взять?
— Двенадцать человек с оружием и боеприпасами, — сказал генерал. — Если без лишнего имущества.
— Понятно… На сколько идём?
— Первоначально на двое суток, — ответил Морозов.
— Значит, на неделю.
— Не каркай.
— Я просто опытный. Сказали зимнее обмундирование не брать, значить точно до зимы простоим.
За дверью снова послышался смешок Громова. Морозов посмотрел на дверь.
— Почему она не закрывается?
— Потому что строители плохо поставили замок, — ответил Гуревич. — Я уже три раза писал заявку.
— Прекрасно. Секретная часть, а двери держатся на честном слове.
— Зато окна с решётками.
Я сложил карту.
— Мне нужна вся моя группа — это одиннадцать человек вместе со мной.
— Двенадцатым пойдёт проводник от пограничников. Подполковник в коридоре, — сказал генерал. — Павел Андреевич Костров. Начальник штаба отряда. Он доставит вас на заставу и вернётся с вертолётом.
— Вас пойдет десять — Покачал головой Морозов — Калинин останется здесь.
— Почему? — Я удивленно поднял взгляд на Морозова.
— Кто-то должен принять людей, которые придут вам на смену. Подготовишь резервную группу. Если задержитесь.
Я усмехнулся. Морозова я понял. Если задержимся… Слово-то какое подобрал засранец. Задержимся. То есть если нас там всех грохнут, Калинин соберёт новую группу и продолжит выполнять задачи. Если Морозов такое предлагал, значить наши шансы на возвращение не так уж велики.
Пограничный генерал прервал затянувшуюся паузу.
— На заставе будете подчиняться её командиру.
— Нет, — сказал я.
Он медленно повернул голову.
— Что значит «нет»?
— Командовать заставой будет Лунёв. Своей группой — я. Мы согласовываем действия, но моих людей он по постам без моего разрешения не раздаёт.
— Это воинское подразделение на пограничном объекте.
— А мы не входим в штат пограничных войск. Если хотите получить одиннадцать отдельных бойцов, отправьте мотострелков. Я работаю группой.