— Свою заставу он знает лучше любого из нас.
— Я не спорю. Но против него идёт не семь контрабандистов.
— Поэтому туда отправляют тебя.
Вот и договорились. Я подошёл к карте. Масштаб не позволял разобрать подробности. Видны были только река, дорога и несколько населённых пунктов.
— Есть карта участка?
Генерал открыл лежавшую перед ним офицерскую сумку и протянул сложенный лист. Карта была старая, на полях стояли карандашные пометки, часть из них совсем свежая.
— Вот застава. Здесь наблюдательный пост. Здесь старое русло. Два километра западнее — кишлак. Население смешанное. Таджики и узбеки. Отношение к пограничникам пока спокойное, но ночью там появились чужие.
— Сколько людей на заставе?
— По списку тридцать четыре. В наличии двадцать семь. Один убит, двое раненых, четверо сопровождают семьи офицеров до отряда.
— Вооружение?
— Штатное. Автоматы, два ПКМ, один АГС, СПГ. Миномётов нет. БТР на ходу, но топлива немного.
— Связь есть?
— Радиостанция. Кабель до комендатуры перерезан. Восстановить не удалось.
— Соседи?
— Справа застава в восемнадцати километрах, слева — почти в тридцати. Между ними есть посты, но часть снята.
— Авиация?
— Один Ми-8 сможет вас доставить. Дальше он уйдёт. На огневую поддержку не рассчитывай.
— Эвакуация?
— В крайнем случае пришлём борт.
— В крайнем — это когда все уже умерли?
Генерал посмотрел на меня тяжело.
— Вертолётов не хватает. Топлива тоже. Я не буду обещать то, чего нет.
Это мне понравилось. Генерал оказался честный. По крайней мере он не рассказывал, что помощь обязательно придёт через пятнадцать минут.
— Моя задача на месте?
Морозов ответил вместо него:
— Разобраться в обстановке. Установить, где находятся афганцы, сколько их и откуда они собираются переходить. Помочь Лунёву организовать оборону. В прямой бой без необходимости не вступать.
Я невольно усмехнулся.
— А если необходимость появится?
— Будешь действовать по обстановке.
— То есть как всегда.