— И как? — спросила я, не оборачиваясь. — Осуждаешь?
Он наклонился, коснулся губами моей макушки.
— Ты была великолепна, — сказал он. — Я ни на мгновение не сомневался, что ты справишься.
Я поставила гребень на стол, повернулась к нему. Посмотрела в его жёлтые глаза.
— Ты знал, — сказала я. — Ты знал, что они сплетничают. И ты ничего не сделал.
Он не стал отрицать. Просто смотрел на меня, и в его взгляде не было вины.
— Если бы я вмешался, — сказал он тихо, — ты бы навсегда осталась для них слабой. Той, кто бегает к князю за защитой. Они бы не уважали тебя. Ты бы никогда не стала настоящей хозяйкой этого дома.
— И ты позволил мне самой разобраться, — сказала я.
— Да, — он кивнул. — Потому что я знал — ты справишься. Ты сильная, Фрея. Сильнее, чем думаешь.
Я смотрела на него, и внутри поднималась волна благодарности. Он не стал решать за меня. Он дал мне возможность самой стать хозяйкой. Не на словах — на деле.
— Спасибо, — сказала я.
— Не за что, — ответил он. И поцеловал меня.
Я закрыла глаза, чувствуя его губы, его дыхание, его тепло. И впервые за долгое время я чувствовала себя не просто женщиной, которую любят. Я чувствовала себя равной. Той, кому доверяют.
Теперь я знаю своё место в этом мире. И я не позволю никому его оспаривать.
37
Жизнь в замке понемногу налаживалась.
Дни шли своим чередом: утро начиналось с завтрака в малой столовой, где мы собирались втроём — я, Лина и Рагнар. Потом он уходил по делам, а я занималась хозяйством. Слуги теперь смотрели на меня с уважением, граничащим с опаской. Никто больше не шептался за моей спиной, по крайней мере я не слышала. И это было приятно.
Лина росла. Она уже не была той крошечной девочкой, которую я когда-то прижимала к груди, спасаясь от холода в Альмире. Она стала выше, крепче, в её глазах появилась осмысленность. Иногда я ловила её взгляд и видела там что-то недетское — будто она знала больше, чем говорила.
Кот по-прежнему был с ней неразлучен. Он спал в её комнате, ходил за ней по пятам и даже пытался сопровождать на занятиях, но Агнесса прогоняла его. Тогда он садился под дверью и ждал, пока Лина выйдет.
Я смотрела на них и думала о том, что скоро всё изменится. Скоро я стану женой Рагнара. А Лина станет его дочерью. Или останется племянницей?
Эта мысль грела меня изнутри, но одновременно пугала. А что, если она не примет его? Что, если для неё он навсегда останется чужим? Рагнар был добр с ней, но Лина держалась настороженно. Она не боялась его, но и не доверяла полностью.
Мне нужно было поговорить с ней. Объяснить. Подготовить.
Я выбрала вечер, когда Рагнар уехал в соседнюю деревню по делам. Мы сидели в моей спальне у камина. Лина возилась с котом на коврике, я расчёсывала волосы и собиралась с духом.
— Лина, — позвала я. — Можно с тобой поговорить?
Она подняла голову, оторвавшись от кота. В её глазах мелькнуло любопытство.
— Конечно, мама.
Я отложила гребень, повернулась к ней. Села на пол рядом, взяла её маленькие руки в свои.
— Ты знаешь, что я люблю тебя, да? — начала я. — Больше всего на свете.
— Знаю, — она улыбнулась.
— И я хочу, чтобы ты знала: что бы ни случилось, это не изменится. Ты всегда будешь моей дочерью. Самой важной частью моей жизни.