— Куда вы меня ведёте? — спросила я, и голос мой прозвучал глухо, незнакомо.
— Король желает вас видеть, госпожа, — ответил стражник. — Немедленно.
Я хотела возразить, сказать, что не могу оставить Рагнара, что должна быть рядом с Линой, что король может подождать. Но я понимала — это бесполезно. Королевский приказ не обсуждается.
Я позволила вести себя.
Мы шли по длинным коридорам, и я смотрела на свои руки, перепачканные кровью Рагнара. Его кровь засохла на моей коже, тёмными пятнами покрыла мои пальцы, запястья. На моём платье тоже были пятна — тёмно-красные, почти чёрные в тусклом свете свечей.
Попыталась пригладить волосы, вытереть лицо рукавом. Наверное, я выглядела ужасно. Всклокоченная, бледная, в окровавленном халате. Но я не могла позволить себе выглядеть слабой. Не перед королём.
Я выпрямила спину, подняла голову, заставила себя дышать ровно. Я — княгиня. Я — жена великого князя. Я не имею права показывать страх.
Стражники остановились у массивной двери, постучали.
— Войдите, — раздался голос из-за двери.
Дверь открылась, и меня ввели внутрь.
Кабинет короля был небольшим, уютным — тяжёлые портьеры, камин, в котором горел огонь, и массивный дубовый стол, заваленный бумагами. Король сидел за столом в простой тёмной рубашке, без парадных одежд.
Перед ним стояла бутылка вина и тарелка с сыром. Он пил, ел, будто ничего не случилось. Будто в его замке только что не пытались убить мою дочь и не ранили моего мужа.
Он поднял глаза, когда я вошла, и посмотрел на меня. Долго, внимательно, не отрываясь.
Я замерла на пороге, чувствуя, как по коже пробегают мурашки. В его взгляде было что-то такое, от чего мне стало не по себе. Не гнев, не злость, не сочувствие. Что-то холодное, изучающее. Будто он не человека рассматривал, а вещь. Будто я была для него не женщиной, а чем-то вроде редкого экспоната.
Он встал из-за стола. Медленно, не торопясь, обошёл его и направился ко мне.
— Удивительно, — сказал он, и голос его звучал спокойно, почти задумчиво.
Я не ответила. Стояла неподвижно, чувствуя, как его взгляд скользит по моему лицу, по моей фигуре, по моим рукам, перепачканным кровью. Он обошёл меня вокруг, и я чувствовала его близость, его дыхание на своей шее. Мне хотелось отшатнуться, убежать, закричать, но я заставила себя стоять на месте.
— Ты не похожа на ту женщину, о которой мне рассказывали, — продолжил он. — Я слышал, что ты была слабой, безвольной, глупой. А ты... ты совсем другая.
Он остановился за моей спиной, положил руки мне на плечи.
— Знаешь, сколько детей ты могла бы родить мне? — спросил он тихо, и в голосе его появилась странная, почти мечтательная нотка. — Ты могла бы раскрыть потенциал моей крови, усилить династию. Я мог бы иметь десяток магов. Сильных, могучих. Таких, каких не было в этом королевстве сотни лет.
Я смотрела перед собой, чувствуя, как внутри всё сжимается. Каждое его слово было как пощёчина. Он говорил обо мне, как о кобыле, как о вещи, которую можно использовать.
— Я уже замужем, — сказала я, и голос мой прозвучал ровно, хотя внутри всё дрожало. — У меня есть муж.
Король усмехнулся.
— Муж, который сейчас борется за жизнь, — сказал он. — Муж, который может не выжить. И если он умрёт...
— Он не умрёт, — перебила я, и в голосе моём послышалась сталь. — Я не позволю.
Король посмотрел на меня с интересом.
— Ты так уверена?
— Я уверена в нём, — ответила я. — И я не отрекусь от него. Никогда.
Он молчал, изучая меня. Потом медленно обошёл по кругу. Я чувствовала его запах — дорогой парфюм, вино, табак. Он протянул руку и коснулся моей щеки.
Я замерла. Внутри всё воспротивилось этому прикосновению. Моя кожа горела под его пальцами, будто он прикасался не ко мне, а к чему-то чужому, враждебному.