В его глазах пламя, губы сжаты были и желваки играли, того и гляди он в секунду сможет обернуться, чтобы задать мне приличную трепку.
Но у меня нет желания в этот раз идти у того на поводу и быть примерным сыном. Впрочем, я никогда еще им и не был. И, похоже, начинать нечего, оттого тоже принялся сканировать отца, явно доводя этой дерзостью до бешенства.
— Взрослый он. И глупый! Я сколько раз тебе говорил!
— Что именно? Ты каждый день учишь, читаешь нотации, я уже со счету сбился от информации. Может, стоит отстать от меня наконец-то? Позволить мне прожить свою жизнь!
— Позволю, когда ты перестанешь нарушать правила!
— Правила? — усмехнулся зло, нет, дурное настроение в этом доме явно передавалось воздушно-капельным путем, потому что вслед за отцом я тоже начал скалиться и бросаться опрометчивыми фразами.
Но по-другому, кажется, уже не мог.
Сил не было это терпеть.
Постоянные рамки, словно я раб, который должен беспрекословно подчиняться и не имел право голоса.
Не был с этим согласен, и отец прекрасно знал, но продолжал ломать меня.
— Прекрати строить из себя идиота! Ты в курсе, что тебя ждет обряд посвящения, но вместо того, чтобы узнать лучше истинную свою, занимаешься ерундой.
— Придет время и узнаю! — фыркнул я, в корне не соглашаясь с его словами.
Я не торопился хомут на себя надевать, но все окружающие словно об этом и мечтали, и отец был первее всех.
— Так не пойдет дело, Ник! Если я еще раз увижу тебя на границе территорий, все может закончиться плохо.
— Для кого? — нагло усмехнулся, отступая назад. — Дай угадаю — для меня, наверное? Не пойму, в чем там проблема. Я никому не причинил вреда из вас, не нарушил хрупкое равновесие, просто прогулялся! — тут, конечно, соврал.
Не просто прогулялся, а едва девчонку не убил.
Ладно, не едва. Просто не сделал это. Не смог, да и красивая ведь зараза.
Ее образ у меня до сих пор перед глазами, кажется, хотя лучше бы на разговоре с отцом сосредоточился, а вместо этого хватался за обрывки ночи. Словно пытался догнать прошлое, замедлить время.
И несмотря на вопли отца — ни грамма не пожалел.
А еще знал наверняка — пойду снова.
Скорее всего, после отец этого, в очередной раз, закатит скандал, но в это мгновение меня это ни капли не пугало.
Вокруг всегда крутились толпами девчонки в универе, но я никого всерьез не воспринимал. Девицы заигрывали, пытались навести мосты, сблизиться, да вот душа не лежала по-настоящему. Так все больше игры, чем желания продолжать.
Наверное, встреть эту тоже в универе, я бы поиграл, а так…
Кстати, на вид она моя ровесница, а учебных заведений не так много в округе, вдруг… Мысль мне понравилась эта, я даже воодушевился, не заметив, как улыбка дурная растянула губы.
Зато заметил отец, отчего еще сильнее принялся приколачивать словами меня, будто гвоздями, к земле в надежде, что докричится, что я возьмусь за ум и стану примером для братьев.
— Когда тебя изгонят из стаи, не проси помощи!
— Да я только спасибо скажу. Ты, пап, свои амбиции не реализовывай через меня. Если не попал в Совет, не стал Альфой, то не думай, что я захочу пойти этим путем. Он мне нафиг не нужен! — отчеканил я, зная, что отец с этим мириться не станет.
— Ник, нарушишь равновесие — спровоцируешь войну.
— Пап, бабушкины сказки оставь для других, хорошо! А я сам разберусь.
— Я тебя предупредил, один проступок и пеняй на себя.