Метла, хвост и один капитан корабля: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Следом скользнули три её подруги-русалки: они выбрали длинные шёлковые наряды цвета аквамарин, бирюзы и ультрамарина. Войдя в зал, они синхронно вдохнули — Вера настроила вентиляцию так, чтобы воздух содержал мельчайшие частицы соли и йода, незаметные для людей, но живительные для их лёгких. Девушки переглянулись, их глаза расширились от восторга: здесь пахло домом.

Дарина появилась как тень — бесшумно и величественно. В чёрном платье с глубоким вырезом, с ниткой крупного жемчуга на шее, она опиралась на руку мистера Крабова.

Сыщик был в строгом костюме, но его взгляд метался по углам, цепляясь за каждую тень и отсвет. Он несколько раз провёл пальцами по косяку, проверяя, не скрывается ли за обоями проводка. Дарина легонько сжала его локоть: «Олег, не позорься. Здесь магия — это декор». Крабов хмыкнул, но расслабился только когда официант поднёс ему бокал виски — настоящего, без примесей.

Влад встретил гостей у входа. Сегодня он был в белоснежной рубашке с расстёгнутым воротом — нарушил строгий дресс-код, но Вера разрешила. Он пожимал руки, обнимал знакомых, улыбался, но его взгляд то и дело уходил в полумрак VIP-зоны. Там, за тонированным стеклом, в мягком бирюзовом свете мерцал бассейн — ровно такой глубины, чтобы русалы могли вытянуть хвосты, но при этом сидеть за низкими столиками, словно в обычном ресторане.

Влад с восхищением разглядывал детали, которые обычный человек счёл бы просто дорогим дизайном: особые фильтры, удаляющие хлор и насыщающие воду микроэлементами; подводные крепления для стульев, чтобы хвост не скользил; подсветку, реагирующую на движение; и даже живые водоросли вдоль стен — настоящие, привезённые с Чёрного моря. Он знал, как трудно было достать разрешения на такую систему, но Вера провернула всё за две недели.

Оркестр занял своё место в нише за баром. Пианист — худой седой мужчина с длинными пальцами — и скрипачка с рыжими кудрями играли так, словно репетировали этот вечер всю жизнь. Их музыка лилась не из нот, а из самого воздуха: мелодии то сплетались в упругую вязь, то разбегались, оставляя после себя чувство лёгкого головокружения. В какой-то момент пианист поймал взгляд Веры и взял аккорд, от которого бокалы на дальнем столике зазвенели тонким стеклянным колокольчиком — гости ахнули и зааплодировали, решив, что это звуковой эффект.

Сама Вера появилась в зале только через час. Она вышла из служебной двери — в чёрном шёлковом платье до пола, с высокой причёской, открывающей тонкую шею. В ушах — серьги-паутинки, на запястье — браслет с тёмным опалом. Она двигалась так плавно, что казалось, будто пол под её ногами чуть пружинит.

Улыбаясь гостям, она успевала заметить каждую мелочь: где остыл чайник, где официант замешкался с вином, где у русалки-подруги начали подсыхать волосы (она тотчас шевельнула пальцами, повышая влажность в той зоне). Её глаза светились не просто радостью — в них горело тихое торжество творца, чья мечта обретала плоть.

Главное представление случилось в начале девятого. Компания банкиров за центральным столиком в общем зале только заказала десерт, когда огромная кованая люстра, висевшая над ними, издала протяжный скрип.

На мгновение все подняли головы. Металлическая пластина крепления треснула — звук был сухим, отчётливым, как выстрел. Люстра качнулась и начала медленно, неумолимо падать вниз, на женщину в жемчугах, которая как раз подносила ко рту креветку.

Крик застрял в горле у полудюжины гостей. Официант выронил поднос.

Вера стояла у стойки, спиной к залу, но она видела всё — её магия работала как эхолот, прощупывая каждое движение воздуха. Она не обернулась. Только на секунду прикрыла глаза и кончиками пальцев, лежащих на мраморной стойке, едва заметно повела вверх.

Невидимая волна вырвалась из её ладони, упруго подхватила центнер кованого железа и хрусталя — и люстра застыла в полуметре над головой банкирши, качнувшись в последний раз, как маятник, и замерев.

Тишина длилась ровно три удара сердца.

Затем Вера медленно, плавно, словно дирижёр, подняла руку — и светильник поплыл вверх, бесшумно вставая на своё место. Крепление сомкнулось без единого звука, будто магия залечила металл, сплавив трещину в монолит. В тот же миг все лампы в люстре вспыхнули тёплым, медовым светом, а оркестр, получив от Веры короткий взгляд, грянул фортиссимо — победный аккорд, от которого содрогнулись стены.

Банкирша в жемчугах сначала побелела, а потом разразилась нервным смехом, хлопая в ладоши:

— Это голограмма?! Боже, как реалистично! Вы нас до инфаркта доведёте!

Весь зал разразился аплодисментами. Кто-то свистел, кто-то кричал «Браво!». Никто не заподозрил опасности — все списали на интерактивный перформанс, подготовленный хозяевами. Только Влад, стоявший у входа в VIP-зону, видел, как побелели костяшки пальцев Веры, когда она взяла свой бокал. Он шагнул к ней, но она лишь качнула головой: «Не сейчас. Я в порядке».

На кухне тем временем разгоралась своя драма. Молодой повар, вдохновлённый общей атмосферой, решил устроить огненное фламбе для десерта «Пылающий водопад». Он плеснул коньяк на раскалённую сковороду — пламя взметнулось выше вытяжки и лизнуло пучок сушёного тимьяна, висящего над плитой. Трава вспыхнула как порох, и на секунду в воздухе запахло горелым пластиком (жаль, Вера не успела зачаровать кухонную проводку).

Повар отшатнулся, выронил лопатку. Но Вера уже скользнула на кухню через чёрный ход — она почувствовала опасность раньше сигнала пожарной тревоги. Она дунула, и огонь не погас, а переродился: алые языки превратились в сотни золотых искр, которые закружились над плитой, не обжигая и не коптя, а только обдавая волнами сухого тепла.

Искры собрались в спираль, поднялись под самый потолок и рассыпались фейерверком над головой опешившего повара. Он стоял с открытым ртом, когда Вера уже подхватила его блюдо, подмигнула и вынесла в зал, объявляя: «Десерт от нашего звездного шефа с авторским пироэффектом!»

Гости зааплодировали снова. Повар рухнул на табурет и прошептал: «Я больше никогда…»

Самым чарующим моментом стало отключение электричества. Случилось это ровно в тот миг, когда Влад произносил тост за свою жену. Внезапно погасли все светильники — и люстры, и бра, и подсветка барной стойки. Зал погрузился в густую, бархатную тьму. На секунду воцарился испуганный шёпот.

Но в следующее мгновение все свечи на столах — сотни маленьких восковых огоньков — зажглись сами собой. Одновременно. С тихим, почти неслышным вспыхом. Пламя не дрогнуло, не заколебалось от сквозняка — оно стояло ровно, как солдаты на параде. Тени заплясали по стенам, лица гостей озарились тёплым дрожащим светом, и это было так красиво, что кто-то из русалок в VIP-зоне всхлипнула от восторга.

Вера, стоящая во главе стола, подняла свой бокал, и в отражении огня её глаза горели зелёным огнём. «За магию, которая живёт внутри каждого из нас», — сказала она, и голос её прозвучал негромко, но его услышали все.

Гости зааплодировали в третий раз за вечер — и электричество включилось ровно через минуту, словно ничего не случилось. Никто не заметил, что Вера слегка постучала пальцем по распределительному щитку за баром, возвращая энергию на место.

К концу вечера «Ведьмина кухня» гудела, как улей после сбора мёда. Банкиры заказывали ещё вина, русалки в VIP-зоне плескались в бассейне, смеясь и заказывая через специальные подводные планшеты коктейли с морской солью. Артём и Анжела танцевали под медленный джаз, а Дарина с Крабовым сидели в углу, о чём-то тихо споря — сыщик пытался вычислить, где спрятаны проекторы, и никак не мог найти.

Влад наконец-то вытащил Веру в служебный коридор, где пахло деревом и озоном. Он прижал её к стене, обнял за талию и сказал, уткнувшись носом в её висок:

— Ты не просто открыла ресторан. Ты создала портал между мирами. Люди думают, что это спецэффекты, а русалки чувствуют себя здесь как в океане. Как ты это сделала? Как ты успела всё продумать — фильтры, подсветку, даже водоросли…?

Вера устало улыбнулась, положив ладонь ему на щёку. Её пальцы были прохладными — энергия ушла на удержание люстры и кухонный пожар.