И как теперь быть?!
Барабаню пальцами по бутылке с йогуртом. Больно. И бутылка уже тёплая. Отлично. Просто идеально.
Надо Милке написать. Пусть в аптеку заскочат, что-нибудь спросят. Чего я сразу не додумалась? Идиотка.
В дверь стучат.
— Отвалите! — рявкаю, не двигаясь.
«Милк, купи какую-нибудь мазь от…»
Стук повторяется. Теперь настойчивее.
— Иди нафиг, я сказала! — сжимаю зубы и дописываю: «…от синяков. Только поэффективнее».
— Извини, если ты не одета. Я не смотрю.
Поднимаю глаза и офигеваю.
— Слушай, ботан, а я тебе разрешала входить? Что в слове «отвали» было непонятно?
Что припёрся? Добить решил?
— Я принёс мазь, — он стоит на пороге спиной ко мне и тянет руку с тюбиком. — В аптеке сказали, очень эффективная. Только нужно на свежий синяк наносить. Чем раньше, тем лучше.
— Я что ска… — осекаюсь.
Чего это я?
У меня рыбка с крючка срывается, а он тут стоит с потенциальным спасением в руке. Сам напортачил, сам теперь пусть и исправляет. Хоть какая-то польза от него должна быть?
— Давай сюда, — протягиваю руку. — Да повернись уже. Я одета.
Он разворачивается и подходит к кровати.
— Фармацевт сказала нанести прямо на повреждённый участок, слегка втереть и оставить минут на тридцать, — спокойно объясняет, протягивая тюбик. — Потом смыть. И на улицу лучше несколько часов не выходить.
Хватаю крем.
— Какая трагедия. А я только в клубешник собралась, — язвлю, откручивая крышку.
Мать моя… Ну и воняет же он.
— В клуб? Так сегодня вторник, — ботан растерянно моргает, поблёскивая стёклами очков.
— Это сарказм. Шутка такая, — закатываю глаза.
Выдавливаю на пальцы капельку жидкой коричневой дряни.
Блин. И как мне этим в лоб тыкать?.. Сейчас вся в этом дерьме измажусь.
— Давай помогу, — он забирает тюбик. — Ложись, а я нанесу.
Стоит и пялится на меня.
Любуешься делом рук своих? Ну-ну, любуйся.
Скриплю зубами, но ложусь.