— Последние заказы закончили. Что было оплачено, выдали. Новых не принимали.
— Почему?
— Некому было принимать.
— Вы могли?
— Текст и работу принять мог. Цену назначать и обещать заказчику от имени покойного — нет.
— Разумно. Дальше?
— Я приходил осматривать помещение, проветривал, проверял, не отсырела ли бумага, не тронули ли шрифт. Степана Лукича рассчитали. Егору велели сидеть дома.
— Я не всё время сидел, — заметил Егор. — Матушке помогал и один раз приходил во двор, только внутрь не заходил.
Климов посмотрел на него и сказал:
— Я и говорю: в мастерской не был.
— В мастерской не был, — подтвердил Егор.
— Сколько времени потребуется, чтобы открыть её снова? — спросил я.
Климов не ответил сразу.
— Смотря, что вы называете открыть.
— Принять первый заказ.
— Принять можете сейчас.
— Выполнить.
— Смотря, какой заказ.
— Хорошо. Что можно сделать до появления заказа, чтобы не терять время?
Климов оглянулся на кассы.
— Разобрать оставшийся набор. Проверить шрифты. Привести в порядок верстатки.
Рогов добавил:
— Пресс очистить. Осмотреть нажим.
Егор заговорил следом:
— Формы вычистить, пол подмести, бумагу перебрать. Там в дальнем шкафу край пачки отсырел, Яков Осипович велел не трогать до него. Я не трогал. Только посмотрел.
— Через закрытый шкаф? — спросил Климов.
— Вы тогда сами открывали.
— Значит, смотрел при мне.
— При вас.
Даже без заказов для троих нашлась работа. Она не приносила денег, зато возвращала мастерской способность их принять. Короткий простой можно было использовать на подготовку и обучение, но за это всё равно следовало платить. Иначе я предлагал людям вкладываться в моё имущество за свой счёт, ожидая клиента, которого могло не быть.