Сергей Петрович кивнул и ответил:
— Сделаю.
Глава 13
После ужина Илларион Петрович попросил меня задержаться.
— Алексей Николаевич, у меня к вам просьба, — сказал он. — Послезавтра наденьте на собрание мой новый вечерний костюм. Его недавно закончили, я ещё ни разу его не носил.
Я посмотрел на него.
— Ваш?
— Мой. Мне хотелось бы видеть его в этот вечер на вас. Я прошу вас принять это именно как мою просьбу.
Илларион Петрович замолчал. Я невольно окинул его взглядом. На нём был тёмный сюртук, застёгнутый на все пуговицы, светлый жилет и безукоризненно повязанный галстук. Всё было подогнано точно по фигуре, без единой складки или случайного залома.
Я перевёл взгляд на зеркало. Оттуда на меня смотрел Алексей Ветров в своём лучшем сюртуке. Сюртук был хорош. Я до этой минуты был с этим совершенно согласен. Но рядом в зеркале оказался Илларион Петрович. В тёмном сюртуке. Между моим прежним отношением к одежде Алексея Ветрова и нынешним возникли разногласия.
Я ещё раз посмотрел на своё отражение, потом на князя.
— Ну, раз вы просите…
— Прошу, Алексей Николаевич.
— Тогда надену.
— Благодарю вас. Завтра приезжайте к одиннадцати. Костюм шили на меня, его нужно будет подогнать.
На этом мы и расстались.
На следующий день в одиннадцать меня провели в комнату второго этажа. У окна стоял стол с ножницами, мелом, мерной лентой и коробкой булавок. Рядом с ним расположились двое портных. Один, седоватый, в очках, перелистывал тетрадь. Второй, совсем молодой, держал приготовленный костюм.
Илларион Петрович встретил меня здесь. Седоватый поздоровался со мной, попросил снять сюртук и жилет, подал костюм. Фрак был из тонкого чёрного сукна. Молодой придержал его за воротник, пока я продевал руки в рукава.
Я расправил плечи и посмотрел в зеркало. Чужой фрак сел подозрительно хорошо. Портной застегнул его, расправил воротник, провёл ладонями по плечам и отошёл на несколько шагов. Потом вернулся, проверил спину и оба плечевых шва.
Молодой уже держал наготове булавки. Седоватый взял мерную ленту, измерил мне плечи и посмотрел на деления.
— Мерки его сиятельства, — сказал он.
Молодой открыл тетрадь на заложенной странице и назвал цифру. Портной снова приложил ленту.
Илларион Петрович подошёл ближе.
— Ошибка? — спросил он.
— Нет, ваше сиятельство.
Портной измерил грудь, затем талию. После каждой мерки молодой заглядывал в тетрадь и называл цифру.
— Здесь немного убрать. В груди отпустить. Правый рукав укоротить.
Портной снова проверил плечи.
— Плечи трогать не придётся.
Он измерил рост, дождался очередной цифры из тетради и посмотрел на нас обоих.