Парамон Ильич несколько секунд смотрел на меня, затем снова повернулся к залу.
— С поручиком до завтра молчите.
— Илларион Петрович распорядился так же. Такое количество советов уже похоже на общественное согласие.
— Тогда исполните.
На этом вопрос о моём поведении был закрыт. Хлудов перешёл к следующему.
— Анфису он в разговор втянул? Поручик.
— Сразу извинился перед ней и сказал, что дело касается только меня.
— Имя её называл?
— Он его ещё не знал.
Парамон Ильич кивнул. Пальцы оставили цепочку.
Князь и Анфиса снова прошли перед нами. Илларион Петрович говорил. Анфиса слушала, затем ответила. На следующем повороте князь пропустил вперёд пару, изменил шаг и снова занял свободное место.
— О чём говорят? — спросил Хлудов.
— Отсюда слышны только скрипки.
— Она смотрит на него.
— Вижу.
— По сторонам почти не глядит.
Я проследил за дочерью купца. На очередном круге Анфиса снова что-то сказала князю. Илларион Петрович дождался конца фразы, наклонил голову и ответил уже после поворота.
Возле окон одна пара сбилась с круга. Молодой чиновник сделал лишний шаг и едва не задел плечом офицера. Обе дамы удержались, мужчины обменялись поклонами и сразу продолжили танец. В другом месте пожилой кавалер вывел партнёршу к креслам. Она села, он остался рядом, тяжело дыша.
Илларион Петрович держал прежний темп. Он заранее освобождал место для поворота, сокращал шаг возле колонн и пропускал торопливые пары. Анфиса уже смотрела только на него. Один раз улыбнулась и сразу что-то ответила.
— Танцует хорошо, — сказал Парамон Ильич.
— После моего полонеза сравнение особенно выгодное.
— Я про князя.
— Я тоже.
Хлудов посмотрел на меня.
— Князю про Анфису что говорили?
— Что она красива, образованна и умеет отвечать прямо.
— Всё?
— Этого хватило для приглашения.
— Про приданое говорили?
— Нет.