В тени белых бунгало: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Главное, чтобы дальше не вынесли итальянскую пасту или пиццу, — усмехнулся Вадик.

— Итальянского нам сегодня хватило с перебором, — согласилась я. — Одного темпераментного блюда из жасминовых кустов мне на вечер достаточно. Но эта еда компенсировала все неприятности с лихвой.

— Рано делать выводы про вкус, Дарина, если мы пока горячего не пробовали.

— А я не знала, что ты такой требовательный в еде, Тифлисов. Чем вас там в полицейской столовой кормят, боюсь спросить.

Мы искоса синхронно посмотрели вглубь зала. Прямо по диагонали от нас располагался столик под номером тринадцать. В отличие от остальных, где уже вовсю шуршал невидимый персонал, а гости наслаждались ужином, этот стол оставался абсолютно пустым.

Я едва успела подумать о том, не связано ли это с дневным переполохом, как тень бесшумно упала на скатерть нашего стола. На соседний стул, отодвинув его с легким, раздражающим скрежетом, бесцеремонно сел Марко, которого днем я приняла за знакомого Лоренцо.

— Синьоры, — раздался над ухом его приторно сладкий голос, под интонациями которого я сразу же считала яд. От дневного испуга и растрепанного вида не осталось и следа. Волосы были идеально уложены волосок к волоску, на плечах — свежая льняная туника, но взгляд… В его темных глазах горело бешеное, уязвленное самолюбие человека, который только что понял, что жизнь нагло обвела вокруг пальца. На этот раз он не стал театрально всплескивать руками и изображать экспрессивного парня. Он просто оперся локтями о край нашего стола и наклонился вперед.

— Мои дорогие соседи, — начал Марко по-русски, еле сдерживая внутреннее напряжение и злость, но меня его тон не мог обмануть. Я всю жизнь работаю с разгневанными заказчиками "Авроры Девелопмент". Я умею отличать сорок четыре оттенка недовольных клиентов, и Вадик даже однажды пошутил, что лучше бы я так разбиралась в пятидесяти оттенках серого, но нет. Так что обмануть меня улыбкой итальянец точно не мог. Я всмотрелась в него внимательнее, и он продолжил, взмахнув руками. — Произошло неприятное недоразумение, и я случайно принял вас совершенно за других людей.

Вадик с пугающим изяществом усталого льва положил свои тяжелые ладони на стол. Я увидела, как у него под тонкой тканью теннисной рубашки напряглись плечи.

— За Шварценеггера, я все понял.

— За мистера Снеггера.

— Ну почти одно и то же. В общем, извинения приняты, можно больше не портить друг другу отпуск.

— Согласен, — снова приторно улыбнулся итальянец, наклоняясь еще ближе к нашему столу. — Такой смешной казус. Поэтому я прошу вас просто вернуть то, что по ошибке попало к вам, и будем считать, что инцидент исчерпан.

Вадик лениво откинулся на спинку кресла, не убирая тяжелых ладоней со скатерти.

— Любезный, ты о чем вообще? Мы твоих грязных простыней не брали. Иди ищи в прачечной.

— О, мистер Вадим, давайте не будем играть в глухих, — Марко мягко, даже ласково перевел взгляд на меня, и в его глазах блеснуло торжество хищника. — Я говорю об одной очень дорогой моему сердцу личной вещице, подарок бабушки из Омска, которую я случайно выронил, когда… скажем так, упал на вашей террасе. И так удачно вышло, что я точно знаю, куда уронил бабушкин подарок. Да! Я все вспомнил и теперь уверен, что нужно искать в милой красной сумочке вашей дамы от такого же прекрасного красного купального костюма. Кстати, красный вам невероятно идет.

Напоминание о моем позоре и красном буркини подействовало на меня как тряпка такого же цвета на быка. Утреннее унижение, все комплексы из-за блондинки в двух ниточках, которая сейчас улыбалась из-за своего столика в вечернем платье с декольте ниже уровня допустимого даже для меня, разрушенные мечты о нормальном отпуске и наглая рожа этого итальянца, который смеет заглядывать в мои вещи без спроса, даже если я сама была готова выкинуть эти вещи сразу после примерки, мгновенно сплавились в одну сплошную ярость. Усталость как рукой сняло.

— Послушай меня, — резко оборвала его я, чеканя каждое слово и подаваясь вперед так, что Марко инстинктивно отшатнулся. — Во-первых, еще раз подойдешь к нашей вилле или к моим вещам — и я лично закатаю тебя в бетон уровня не ниже М350, никакой Эштон не найдет. Во-вторых, никаких твоих вещей в моих сумках точно нет, и не смей больше подглядывать из-за кустов, когда я плаваю!

Марко от такой девелоперской экспрессии на долю секунды полностью потерял свой европейский лоск. Его красивое лицо перекосило от злости, холеные пальцы судорожно впились в край стола, и он яростно выплюнул, забывая про напускную вежливость и переходя на свистящий шепот:

— Ты просто не понимаешь, с кем разговариваешь и во что влипла, дура…

Он не успел договорить.

Вадик поднялся. Втиснутый в тенниску майор сейчас выглядел так, что даже у сурового воротилы с третьей виллы за соседним столиком сигара замерла на полпути к рту. Честно говоря, в этот момент все двенадцать столиков замерли, и гости этих вилл, как по команде, уставились на нас.

— Я тебя еще днем в кустах предупреждал? — тихо, но веско спросил Вадик, и у меня самой мурашки пошли по коже. — Не трогай мою девушку. И не смей открывать в ее присутствии свой рот. Пошел вон отсюда, пока я не вспомнил пару своих навыков. Иначе бетон марки М350 покажется тебе самым мягким матрасом в твоей жизни. Все слова понятны? Я ясно выражаюсь? Если ты еще хоть раз сунешься к нам, так и знай — я тебя предупреждал!

Итальянец обвел диким, загнанным взглядом притихший зал, наткнулся на ледяные, обещающие крупные неприятности глаза Вадика, испуганно сглотнул и, резко развернувшись, чуть ли не бегом бросился вон из ресторана.

— Ну и отлично, — довольно громко, на весь зал сказала я, хотя внутри меня все еще потряхивало от адреналина.

Ужинать совершенно расхотелось, и с учетом, что закусок мы съели в начале ужина столько, что умереть от голода не могли, я предложила:

— Вадим, пошли сходим к морю. А то из-за всяких идиотов за день так и не дошли до пляжа.

Нас провожали десятки неодобрительных, шокированных глаз гостей элитного комплекса. Мы только что устроили публичный скандал в месте, где за тишину платили миллионы. Нам обоим нужно было срочно остыть.

— Дарина, давай на море с утра, — тихо сказал он, когда мы вышли из ресторана. — Я бы взглянул, что там в красной сумке сперва. Посмотрим, что этот придурок туда засунул до того, как я его в фикусы катапультировал. А море за ночь не убежит.

Я остановилась.