Bleach: Император душ. Том 1: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Каждый толчок бил по пальцам изнутри, как маленький молот. Он удержал ещё несколько секунд, но свет в кулаке вдруг вытянулся тонкой кривой жилой, будто попытался прокусить себе выход между большим и указательным пальцем. Он задавил рывок, но тут же вторая жила ударила к мизинцу. Следом третья. Потом всё внутри кулака начало извиваться.

— Да чтоб тебя…

Он мог бы добавить ещё силы, влить больше рейрёку, придавить грубо и заставить замолчать, но уже знал, чем это закончится. В лучшем случае — хлопком, выжженной травой и ещё одним кратером на заднем дворе детского дома. В худшем — чем-нибудь новым, неожиданным и очень образовательным. А образовательные взрывы рядом с детьми он не одобрял.

Он раздражённо выдохнул и начал гасить технику.

Резко было нельзя. Свет внутри кулака всё ещё был сжат слишком плотно: отпусти он давление сразу, и всё рвануло бы наружу. Поэтому он снимал усилие слой за слоем, разворачивая поток обратно в руку. Золотое сияние заметалось, словно недовольное животное, которому сорвали прогулку, а потом начало тускнеть.

Сначала исчезли тонкие линии между пальцами, затем ушёл белый оттенок, кулак снова стал просто золотым, и наконец сияние осталось только под кожей. Последняя искра медленно выползла из костяшек, дрогнула и погасла.

Он разжал пальцы, и на ладони ничего не было. Разумеется, пусто.

Ни кристалла, ни крупинки, ни жалкого светящегося комка, который можно было бы с натяжкой назвать началом успеха. Просто ладонь, пот, раздражение и очередное доказательство того, что если долго биться головой о стену, лоб первым начнёт задавать неудобные вопросы.

Он несколько секунд молча смотрел на пустую руку, потом медленно поднял взгляд к ветвям над головой.

— Ну что ты будешь делать, еба…

В плечо его ударил кулак.

Сила удара была примерно как у очень сердитого воробья.

Он замолчал и медленно повернул голову: рядом стояла Хина.

Он даже не услышал, как она подошла. Настолько глубоко ушёл в технику, что пропустил босые шаги по траве, тихое сопение и маленькую тень, вставшую у плеча.

Маленькая, трёхлетняя, с растрёпанными волосами, нахмуренной мордашкой и поднятым кулачком, которым она, судя по всему, только что совершила героическое нападение на самое большое существо в округе.

Она смотрела на него очень строго — так, как умеют смотреть только маленькие дети, уверенные, что мир прямо сейчас нарушил важное правило, а взрослые опять всё испортили.

— Ни угайся, — сказала она.

Он моргнул, а Хина грозно качнула кулачком.

— Плохо.

Где-то в стороне звонко крикнул один из детей. По двору протопали босые ноги. Скрипнули качели. Нянечка у крыльца детского дома замерла с таким лицом, будто уже мысленно хоронила и себя, и Хину, и заодно весь задний двор.

Он посмотрел на маленький кулак, на нахмуренную мордашку, потом снова на кулак и, сам того не желая, усмехнулся.

— Вот как, значит, — сказал он тихо. — Теперь у меня есть личный страж чистоты языка.

Он задержал взгляд на Хине, потом медленно выдохнул и осторожно ткнул её пальцем в живот. Девочка ойкнула, отступила на полшага, но тут же снова нахмурилась. Боевой дух, судя по виду, не пострадал.

— Строгая ты, — сказал он.

— Ни угайся, — повторила Хина и для надёжности снова показала кулак.

— Понял. Принял. Осознал тяжесть преступления.

Судя по лицу девочки, осознал он недостаточно, но пока она великодушно решила не добивать нарушителя порядка.

Он отвёл взгляд от неё и наконец посмотрел на двор.

За эти месяцы крепкая постройка посреди бывшей рваной окраины обросла звуками, запахами, мелкими ссорами, топотом, визгом, смехом и тем особым беспорядком, который могли создать только дети, если у них есть еда, крыша и хотя бы немного уверенности, что завтра их не выкинут за ворота.

У дальнего края двора несколько мальчишек гонялись друг за другом вокруг деревянной стойки, почему-то назначенной крепостью. Один держал палку как копьё, второй — как меч, третий просто орал громче всех и, кажется, считал это достаточным вкладом в битву. Рядом две девочки делили место на качелях — громко, серьёзно, будто на кону стояла судьба всего Руконгая. Ещё трое малышей сидели в песке и сосредоточенно строили нечто, подозрительно похожее на большую кривую кучу.