Я остановился посреди зала, вытащил занпакто из ножен и опустился на одно колено. Сейчас мне требовалась полная концентрация: сначала высвободить шикай, а затем принудительно пробудить следующий уровень Анафемы. И могу со всей ответственностью заявить — даже для меня эта процедура была далеко не простой.
— Созидай по моей воле…
Вокруг меня взметнулся столб света и через мгновение упёрся в защитные руны.
Я выждал несколько секунд, убеждаясь, что зал выдерживает мой напор, и только после этого продолжил:
— Уничтожай по моему слову…
На миг сознание уплыло. А когда взгляд вновь прояснился, я уже смотрел на окружающий мир с совершенно другой высоты.
— Анафема, — закончил я первый этап.
Остриё меча с сухим хрустом вошло в каменный пол. Я опёрся на рукоять обеими руками, склонил голову и закрыл глаза.
Со стороны, наверное, выглядел как какой-нибудь светоносный паладин, преклонивший колено перед своим божеством. Вот только в богов я, как и оригинальный Император, не верил ни на грош. Поэтому вместо молитвы пришлось заняться куда более практичным делом.
Я открыл доступ к внутреннему океану и направил поток рейрёку в нимб за своей головой.
Сила хлынула вверх.
Первый луч вспыхнул почти сразу. За ним — второй. Третий.
Я не видел их, но чувствовал, как нимб постепенно заполняется по окружности. Каждая новая вспышка отзывалась в теле нарастающим давлением, словно внутри нимба медленно проворачивался механизм огромного замка. Воздух вокруг становился плотнее, камень под коленом мелко дрожал, а защитные руны на стенах и сводах одна за другой проступали из темноты тусклым золотым светом.
В обычной ситуации я бы довольствовался простой формой шикая и не стал без необходимости вытаскивать из рукава ещё один козырь. Но от предстоящих действий зависели жизни множества людей, не имевших никакого отношения к этой расправе.
Поэтому полумеры шли нахер.
Мне требовался такой перевес в могуществе, который позволил бы свести на нет последствия любой ошибки — моей или будущего напарника.
Один за другим лучи занимали свои места. С каждым новым всплеском удерживать поток становилось тяжелее. Рейрёку больше не просто наполняла нимб — она уплотнялась внутри него, сжималась слой за слоем. Вскоре незаполнённым оставался лишь один участок нимба.
Я глубоко вдохнул и направил в него последнюю порцию силы.
На миг всё стихло.
А затем по залу прокатился оглушительный звон, словно где-то над головой разом раскололось огромное стеклянное полотно.
Нимб вспыхнул.
За моей головой возникла ослепительная бело-золотая звезда. Свет залил подземный зал от пола до терявшихся в вышине сводов, вырвал из мрака дальние стены и заставил руны полыхнуть в ответ. Тени метнулись прочь, будто сама темнота попыталась спрятаться от пробудившейся силы.
Из сияния вырвались длинные протуберанцы, похожие на языки солнечного пламени. Они рванулись в стороны, развернулись широким веером и начали вытягиваться, рассекая воздух с низким гулом. Бесформенные потоки быстро уплотнялись, превращаясь в гибкие световые ленты.
Они изгибались, переплетались и вновь расходились, складываясь в огромный крылатый силуэт.
Ощущения были, мягко говоря, непривычными. До сих пор мне ни разу не доводилось оказываться в теле, у которого конечностей было бы больше, чем положено человеку. А теперь их стало на шесть больше, и мозг пока не до конца понимал, что с ними делать.
Управлять световыми лентами так же свободно, как собственными руками, я ещё не мог. Но направить их в нужную сторону и проделать кому-нибудь дополнительную дырку в жопе мне было вполне по силам.
Анафема напоминал мне чёртову луковицу. Этот этап пробуждения шикая был далеко не последним и служил лишь основой для всех последующих стадий. И, что греха таить, я даже не был до конца уверен, что уже узнал обо всех возможностях своего занпакто.
Если уж шикай оказался настолько замороченным, что мне приходилось либо ждать, пока меч сам пробудится во время сражения, либо, как сейчас, насильно вытаскивать из него следующий уровень, то страшно было даже представить, что ждёт меня при банкае.
Когда я спросил об этом Анафему, он даже не удосужился ответить — только иронично хмыкнул. Оставалось надеяться, что для пробуждения банкая мне не придётся зачитывать какую-нибудь формулу из квантовой механики.