— Использовала.
Рейнар тихо сказал:
— Мара.
В одном слове было больше угрозы, чем в любом повышенном голосе. Но женщина на экране не отступила.
— Ты хотел правду.
— Не используй её как оправдание.
— Я не оправдываюсь.
— Тогда объясните до конца, — сказала Элара. — Что должно было произойти после того, как Рейнар ушёл?
Мара переключила схему. На Н-4 появился маршрут в закрытый сектор.
— Ты уже частично разбудила Керрен за два дня до этого.
Элара нахмурилась.
— Когда?
— Во время восстановления третьей маршрутной таблицы. Ты открыла слой, который обычные операторы даже не видели. Система запросила то, что тогда называлось подтверждением носителя.
— Я не помню.
— Потому что для тебя это выглядело как ошибка интерфейса. Ты закрыла окно.
Элара могла представить. И даже вспомнила нечто похожее: странный запрос без понятного обозначения, который она сочла остатком древней системы и отложила на потом.
— После этого вы решили повторить.
— Мы решили дать системе полный доступ к твоей сигнатуре.
— «Дать системе».
Мара ничего не сказала.
— Вы решили дать ей меня.
— На короткое время.
Рейнар усмехнулся так холодно, что Элара повернулась.
— Семь лет — хороший новый стандарт короткого времени.
На лице Мары впервые появилась трещина. Не вина. Что-то ближе к раздражению на собственную ошибку.
— Так не планировалось.
— Очень утешает, — ответила Элара.
— Керрен должен был открыть архив, мы должны были скопировать структуру сети и вернуть тебя на Н-4. Несколько часов.
— А потом?
— Ты бы ничего не узнала о программе.