— То есть мне собирались стереть кусок собственного дня из отчётов и отправить работать дальше?
— Тебе собирались сказать, что произошёл сбой и объект закрыли.
Элара коротко рассмеялась.
— Вы действительно считали это нормальным?
— Я считала это меньшим риском.
— Для кого?
Мара посмотрела на одиннадцать точек.
— Для всех.
Вот она, настоящая причина. Не личная ненависть, не ревность и не жажда власти ради самой власти: Мара искренне считала, что имеет право выбирать меньший риск за других.
— Что вы увидели в архиве? — спросила Элара.
— Сеть.
— Эту?
— Только часть.
— И носителей?
— Тогда — семь потенциальных сигнатур. Не одиннадцать.
Рейнар сказал:
— И Варн получил данные оттуда.
Мара помолчала.
— Часть.
— От вас?
— Не напрямую.
— Удобно.
— Это правда.
— Мне всё меньше интересна разница.
Мара повернулась к нему.
— Тогда ты становишься хуже как офицер.
— Возможно, лучше как человек.
Элара почувствовала желание коснуться его руки. Не сделала. Пока.
— Что произошло со мной после активации? — спросила она.
Мара снова вернулась к схеме.