В стране синеокой: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

Тамара Ясинская почти бежала по ночной улице от театра до своего дома. За ней упрямо шел человек, в котором она узнала первого своего мужа — Красавина. Почему он опять оказался в этом городе? Что ему от нее надо? А может, не Красавин? Оглянуться бы, но он уже почти рядом. Сейчас окликнет.

У подъезда своего дома Тамара приостановилась. Если это Красавин, то лучше отвязаться от него именно здесь, не дай бог, начнет в квартиру стучаться.

Тамара оглянулась. Человек, который, как ей казалось, преследовал ее, вошел в соседний подъезд. Значит, почудилось...

Тамара взбежала на третий этаж. У двери замерла. И вдруг услышала шаги на лестнице. Судорожно принялась открывать замок.

— Здравствуй, Тамара.

Да, это был он, Вениамин Александрович Красавин.

Проклятый замок! Давно просила Браташа сменить. Надо спокойно чуть шевельнуть ключом вправо и поднять вверх. Сколько раз объяснял Евгений. Вспомнить бы секунду назад — уже была бы в квартире...

— Мне надо с тобой поговорить, Тамара. Я понимаю, уже поздно, знаю, что Браташ в отъезде... и тем не менее...

Тамара медленно повернулась, вглядываясь в лицо Красавина, затемненное поднятым воротником пальто и низко приспущенным козырьком меховой шапки.

— Ну что же ты молчишь? Если нельзя войти в квартиру, пойдем походим по улице... Только, честно говоря, я сильно продрог.

— Уходите, пока я не закричала! Сейчас разбужу соседей!

— А что, Тамара, сделай мне такое удовольствие. Давно не видел, как ты буянишь.

Надо оскорбить непрошеного гостя, унизить. Но как? Тамара распахнула дверь, широко повела рукой с издевательским поклоном:

— Прошу вас! Только боюсь, вы тысячу лет жалеть будете, что переступили этот порог...

— Э, подумаешь, какую-то там тысячу лет.

Красавин нащупал выключатель, включил свет; скрестив руки на груди, всмотрелся в Тамару страдальческим взглядом. Лицо изможденное, с впалыми щеками. Медленно снял шапку, постепенно открывая высокий благородный лоб. Тамара поймала себя на том, что не может не смотреть в глаза Красавина. Никому не придет в голову, кто впервые увидит этого человека, что он может кого-нибудь обидеть, скорее наоборот — сам, смертельно кем-то обиженный, бредет неприкаянно по свету.

— Я, пожалуй, все-таки разденусь, — сказал Красавин с заискивающей улыбкой. Повесил пальто, прошел в комнату, потирая озябшие руки. Разглядел выключатели, включил все лампы, вплоть до торшера.

Тамара как была, в шубе, села в кресло, наблюдая за Красавиным. Кажется, мало в чем изменился. Высокий, худой, он, однако, обладал завидным изяществом, гордой осанкой.

Красавин оглядел тоскующим взглядом комнату, даже потолок обшарил внимательно, будто настойчиво искал крючок с весьма определенной мрачной целью. Потом подошел к письменному столу, на котором возвышалось что-то похожее на игрушечный сруб крестьянской избы, открыл тощую книжицу с желтыми страницами, бережно полистал ее, как это может делать лишь библиофил.

— Узнаю Браташа. Изучает старинное искусство знаменитых здешних плотников-отхожников. — Осторожно приподнял сруб. — Сам, конечно, мастерил. А лапти он еще не научился плести?

Тамара враждебно молчала. Красавин кинул на нее укоризненный взгляд и снова принялся со всех сторон разглядывать игрушечный сруб.

— Ты, конечно, подумала, что я спросил про лапти с издевкой. Боже избавь. Я честно, Тамара. Я всегда удивлялся Браташу, его умению прикоснуться к старине. Помню, потащил он меня на речку, где московский князь Дмитрий Иванович первый раз разгромил татар еще до битвы на Куликовом поле. Как ее, речку эту...

— Вожа.

— Да, да, Вожа. С таким волнением рассказывал, где стояли татары, где Дмитрий стоял, будто сам только вчера вернулся из этого побоища. Даже я испытывал что-то похожее на трепет. Идут, идут татары через Вожу. А Дмитрий ждет, подпускает все ближе...

— А про попа, которого держал татарский хан Бегич в своем обозе... Браташ ничего не рассказывал? — замедленно, будто к чему-то подкрадываясь, спросила Тамара.

— Что-то не помню.

— Я расскажу... если вынудите...

— Не понимаю, о чем ты. И почему на «вы»? Не надо так, Тамара. Знала бы, как я надеюсь, что мы... все-таки будем друзьями. И я, и ты, и Евгений... Я хочу вернуться в здешний театр. Нигде меня так зритель не принимал, как в этом городе...

— Вы хотите вернуться в наш театр?!