Охваченный паникой, он барахтался, пытался плыть вверх, искал опору и каждый раз проваливался глубже.
Слишком поздно. Тело разрушено. Источник расколот. Одного желания не хватало, чтобы вернуться.
И всё же он продолжал. Потому что наверху плакала его дочь. Потому что он обещал!
И в какой-то момент, когда казалось, что всё уже тщетно, тёплое прикосновение сомкнулось вокруг запястья.
Кто-то взял его за руку.
Слабый свет прошёл сквозь тьму, вытягивая сознание на несколько шагов вверх, а следом донёсся голос Ани — хриплый, срывающийся, но упрямо твёрдый:
— Пока рано сдаваться. Мы не должны рассчитывать только на него…
Акихиро замер. Это был голос девочки, которую он когда-то приказал убить… А теперь она, тратя собственные силы, начала тянуть его вверх…
Мужчина позволил тёплой силе тащить себя, одновременно пытаясь помогать. Однако даже здесь он понимал: подъём идёт слишком медленно. Каждое мгновение Аня тратила собственную жизненную силу, удерживая его сознание, а Аяна сжигала резерв, поддерживая тело.
Он превращался для них в балласт. Его сил уже не хватает. Стоит отпустить руку — и они выживут.
Мысль показалась правильной и рациональной. Незачем тянуть и их за собой. Акихиро уже хотел разжать пальцы, когда из глубины памяти неожиданно пришёл другой разговор.
Тихая комната, широкий футон, дневной свет за окном.
Сергей сидел рядом, упираясь локтем в колено, и задумчиво смотрел на сад. В тот день Акихиро задал ему вопрос, который сейчас показался очень важным.
— Что такое воля? — спросил Сергей, переводя на него задумчивый взгляд.
После он отвернулся и несколько секунд продолжал смотреть в окно, затем едва заметно улыбнулся и повернулся к нему.
— Воля — это не что-то эфемерное, но многим всегда проще сказать, что волю нужно именно развивать. Но воля — это сам человек. Все его решения, все поступки и каждое стремление к чему-либо. Мы не рождаем в себе волю. Мы изначально ею являемся сами. Просто кто-то забывает, кто он есть, в угоду собственным слабостям, а кто-то растёт выше, зная, ради чего он это делает.
Тьма вокруг Акихиро Хинодэ впервые дрогнула.
Глава 9
Тот, кто выжил
Телепортировавшись в комнату следом за Аяной, я осмотрелся.
Аня и Акихиро Хинодэ сидели друг напротив друга почти в позах лотоса. Слабая аура медленно расходится во все стороны, мягкими волнами касаясь стен и заставляя многочисленные лечебные печати вспыхивать в одном ритме.
Хинодэ сидит с прямой спиной, хотя его тело постоянно вздрагивает от внутренней боли. Глаза закрыты, пальцы лежат на коленях.
Аня выглядит ненамного лучше.
Побледневшее лицо осунулось, под носом засохла кровь, а дыхание остаётся настолько слабым, что грудь едва двигается. Однако она держится невероятными усилиями, но держится.
Оба пробудили волю.
Настоящую. Собственную. Возникшую из нежелания умирать и оставлять тех, кто всё ещё ждёт их возвращения.
Глядя на них и с облегчением замечая, что им значительно лучше, я хотел порадоваться. Действительно хотел и даже рад. Вот только внутри продолжает зиять пустота…
Мысли раз за разом возвращаются к Вике.
Моя дочь исчезла. Не погибла, а именно исчезла. Я всё ещё её чувствую, но лишь где-то на границе, далеко.
Игры со временем опасны всегда.
Не имеет значения, идёт речь о прошлом, будущем или мёртвом времени. Каждая из этих форм подчиняется собственным законам, но ни одна не прощает самоуверенности.