Глава 8
Воля и…
Пока меня трясло, я сжал ладонь, убирая сферы обратно.
— Аяна, — подняв взгляд, я заставил голос звучать ровно, хотя сердце колотилось так сильно, что каждый удар отдавался в горле. — Прошу тебя, скажи, что ты не шутишь. Ты точно не помнишь нашу дочь?
Она медленно покачала головой и отлетела на полшага.
— Я не понимаю, о чём ты говоришь. У нас с тобой никогда не рождался ребёнок. Аня тоже ничего подобного мне не рассказывала. Серёжа, прошу, хватит пугать меня!
Ни одной попытки скрыть ложь и ни одной неправильной реакции.
Она действительно не помнит. Потому что для неё помнить некого.
Где-то внутри поднялось желание немедленно разорвать пространство, вернуться к Древу, снова вскрыть мёртвое время и заставить его вернуть всё на место. Но перед глазами уже стояли падающие друзья, три сферы над ладонью и Вика, которой теперь не существовало ни в одном отклике.
Но я знаю, что уже не смогу. Именно то время умерло. И даже если найду Древо — не смогу так спасти дочь. По крайней мере, если только не…
Аяна, явно с трудом оторвав взгляд от моей руки, посмотрела в сторону дворца.
— Серёжа, прошу, поспеши! Времени и так почти не осталось!
Некоторое время назад. Япония. Внутренние покои императорского дворца.
— Папа, прошу, не умирай…
Аяна, стоя на коленях возле широкого футона и захлёбываясь слезами, сжимала холодную ладонь отца обеими руками.
Акихиро Хинодэ лежал неподвижно. Он хотел ответить дочери. Хотел открыть глаза, улыбнуться и, как много лет назад, положить ладонь ей на голову. Сказать, что всё ещё рядом. Что обязательно поднимется.
Но губы не слушались.
Силы окончательно покидали тело, а сознание медленно отступало, переставая различать голоса и свет.
Справа послышалось движение.
Аня, до этого лежавшая, упёрлась дрожащими руками в пол и начала подниматься.
— Всё хорошо, Аяна… — хрипло произнесла она, заставляя себя выпрямляться.
— Нет, Аня, не вставай! — Аяна, вскинув к ней заплаканное лицо, сильнее сжала руку отца. — Ты уже отдала слишком много энергии! Если продолжишь, твой источник тоже начнёт разрушаться!
— Всё хорошо, — повторила Аня и, покачнувшись, опёрлась ладонью о пол. — Я жена будущего космического императора. И я не имею права подводить ни его, ни вас. Если я сейчас умру, он будет грустить и винить себя… А значит, я не имею права сдаваться.
Через боль в её голосе проскользнула упрямость. Прикусив губу до крови, она подтянула под себя ноги крестом, положила руки на голени и закрыла глаза.
В это время Акихиро Хинодэ всё глубже погружался во тьму.
— Папа, ты мне нужен! — кричала Аяна. — Прошу тебя, не сдавайся!
Эти слова Акихиро услышал. Они пробились сквозь тьму, коснулись сознания и заставили сердце пропустить один тяжёлый удар.
Но мужчина уже падал. Не телом, а внутри себя.
Свет комнаты окончательно исчез, и вокруг раскрылась бесконечная темнота, заполненная обрывками памяти. Один образ сменял другой, вспыхивая рядом и сразу уходя вверх.
Акихиро увидел семью.
Сына, впервые взявшего тренировочный клинок и тут же ударившего себя рукоятью по подбородку. Дочерей, бегущих по дворцовому саду и прячущихся за цветущими деревьями. Жену, смеющуюся над его слишком серьёзным лицом. Тихие вечера, когда дела империи наконец отступали, позволяя всем собраться в одной комнате…