Эмметт оборачивается через плечо и с восхищением улыбается Блейк с широко раскрытыми глазами, которая спокойно наблюдает за нами с заднего сиденья.
— Я правда свожу тебя с ума, да? — вырывается у меня, лишь бы хоть немного разрядить напряжение.
Он усмехается, опуская взгляд на наши сцепленные руки.
— Не просто «с ума», Билл. Я полностью выжил из ума. И не в одном смысле, как ты можешь себе представить.
Беззвучные крики "
Поцелуй меня
" эхом разлетаются в голове, когда мимо проносится скорая. Я поворачиваюсь и смотрю через лобовое стекло, где вижу парня, стоящего спиной к нам у входа в моё здание.
Он нажимает кнопку домофона и, раздражённо разведя руками, ждёт ответа.
— Давай я помогу вам подняться наверх, — предлагает Эммет, без сомнения, тоже заметивший его.
Распахивая водительскую дверь, Эммет обходит машину, и я выхожу. Он отодвигает моё сиденье вперёд, чтобы отстегнуть автокресло Блейк, а затем закрывает дверь.
Мы почти дошли до здания, когда на меня обрушивается первая волна ужаса, заставляя резко остановиться посреди дороги. Поскольку Эмметт не узнал Такера, он продолжает идти, ступая на тротуар с Блейк.
Я понимаю, что мне нужно продолжать идти, но ноги будто прилипли к асфальту.
— Билл? — зовёт он.
Обращение Эммета заставляет Такера вздрогнуть, и впервые с тех пор, как я уехала из Остина, беременная и со слезами на глазах, я снова оказываюсь лицом к лицу с отцом Блейк.
— Привет, Билли.
В его голосе тепло, которого я совсем не ожидала. И улыбка, обнажающая милые ямочки, которые когда-то меня привлекали, теперь вызывает у меня тошноту.
Я заставляю себя сдвинуться с места, бросая взгляд на Эмметта. В отличие от Такера, его выражение лица убийственное, именно такое, какого я и ожидала, если бы он когда-нибудь увидел моего бывшего парня.
Стиснув челюсть, с горящими глазами, Эмметт делает шаг ко мне, словно защищая.
— Почему ты здесь, Такер? — спрашиваю я, стараясь держать голос ровным, вводя код в домофон так, чтобы он не видел.
Он следует за мной внутрь, а Эммет и Блейк следуют за мной, когда я начинаю торопливо подниматься по лестнице.
Когда мы подходим к моей входной двери, я останавливаюсь, поворачивая ключ в замке, и снова смотрю на Эммета, который стоит позади Такера с тем же убийственным выражением лица, что и раньше.
Такер выжидающе кивает на мою дверь, ожидая, когда я его впущу.
Хотя я всегда знала, что он может появиться без предупреждения, поскольку мой адрес был указан в документах о выплате алиментов, которые мы оба подписали, я, честно говоря, никогда не предполагала, что этот день действительно настанет.
— Я пришел поговорить, — в конце концов отвечает Такер, как будто я еще не поняла этого. — И кто он, чёрт возьми, такой? — он указывает на Эммета.
Я игнорирую его вопрос и то, как грубо он его задал, и замираю, держа руку на дверной ручке, наблюдая, как Такер поворачивается и нежно гладит Блейк по голове. Честно говоря, я не уверен, как представить Эммета, из-за боязни навесить на нас неправильный ярлык. Называть его другом было бы несправедливостью по отношению к тому, как много он для меня значит, даже если я только что дала Эммету возможность уйти из моей жизни.
Костяшки пальцев Эмметта напрягаются на ручке автокресла, когда Такер выпрямляется перед ним и протягивает ему руку для рукопожатия.
Как и я секундой ранее, Эммет полностью игнорирует Такера, снова смотря на меня. Он ждет моих указаний, и у меня такое чувство, что он сделает всё, о чем я его попрошу.
Я снова сосредотачиваюсь на своём бывшем.
— Поговорить о чём конкретно?
Такер поворачивается ко мне, на его лице появляется уверенная улыбка. Не может быть, чтобы он не почувствовал напряженную атмосферу или тот факт, что выдающийся хоккеист находится примерно в двух секундах от того, чтобы отправить его в нокаут. Тем не менее, спорт на самом деле никогда не был его увлечением, так что, скорее всего, он не узнает Эммета.