Я вздохнул. Как всё не вовремя. Какие-то очередные бешеные волхвы начинают опять путаться под ногами и мешать нормально жить и работать.
Надо вызывать князя.
Я повернулся к Елене и приказал всех пленных развести по двум избам и сложить там штабелями, пока не приедут гридни князя Станислава и не заберут их отсюда в Смоленск на суд.
— Замёрзнут ведь, — тихо проговорила мне Елена, подойдя чуть ближе.
— Ничего, до Смоленска меньше дня пути. За день не околеют, там в избушках уже нашими камнями натоплено, а потом и друг об дружку погреются. Амулеты все с них сняли?
— Да, Шастуну отдали.
— Ну, значит точно не замёрзнут.
Я оглядел толпу связанных мужиков, которые уже начали немного шевелиться, постепенно приходя в себя.
— Метки стоят на всех, — отрапортовала Ника. — Не убегут.
Пусть смоленский князь сам судит этих идиотов по закону. Надо уже начинать образцово-воспитательную работу с населением. А то таких дурней ещё много будет, кто из себя неорганизованную оппозицию изображать вздумает. Не бегать же за каждым.
И я потянулся рукой к амулету, чтобы вызвать Станислава.
Князь ответил почти сразу.
— Илия? Вы уже близко?
— На твоей земле нас встретили полсотни людей и управляемая стая. Девять нападавших мертвы. Остальных взяли живыми. Один ушёл.
Он несколько мгновений молчал.
— Где?
Я назвал хутор, где мы стояли, и деревню, откуда пришли люди.
— Оставайся там. Я сотню пришлю.
— Сотню не надо. Пришли воеводу и два десятка для пленных. Мы в пути уже шестой день. Завтра после полудня дойдём до Смоленска.
— Это те же?
— Похоже. Горемысл узнал амулет Терентия.
— Живым его возьми.
— Ушёл как раз он.
— Вот паскуда, — процедил князь. — Найду, сам ему кол деревянный в глотку забью.
Переубеждать его сейчас было бесполезно.
Мы встали на ночлег и решили всё-таки поспать остаток ночи. А поутру уже отправляться. Оставлять охрану для пленных я не буду: как сказала Ника, не убегут.
Утром мы снова вышли на лёд и к полудню увидели спешащую нам навстречу вереницу саней. Дружина из Смоленска торопилась застать наших пленных живыми. Но Ника сказала, что шанс у них для этого есть очень большой.
Через три часа добрались до Смоленска. Всё-таки наши лодьи быстрее саней ездят по льду.
Князь встретил нас у пристани. Наших лошадей приняли обиходить, людям сразу предложили почти в баню, а мне хотелось спокойно поговорить со Станиславом.
Деревянную бадью Ингигерды сняли с лодьи и отнесли в тёплую горницу. Жена возила её с собой с тех пор, как привыкла принимать ванну при каждом удобном случае. Служанки заварили ей отвар для волос. Наши рубахи после стирки прополоскали в воде с мятой, можжевельником и полынью. При защитных амулетах вшей и так можно было не бояться, зато запах на ткани держался долго.