Речной Князь. Книга 6: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Да когда он подошёл! Всё уже было! Ты их сам!.. — Он не договорил, только махнул рукой и обернулся к носовой: — ХВОЩ! Хвощ, чёртов сын, где ты⁈

Хвощ сидел на своей колоде, обняв ствол обеими руками. Кувалда рядом стоял столбом с банником в руках и глядел на реку, будто впервые её увидел.

— Артиллеристы! — гаркнул Клещ с лавки. — Качать!

И их покачали. Хвоща сдёрнули с колоды и подбросили трижды, — он ругался в воздухе так, что уши вяли, а на третий раз хохотал. Кутыря подняли на корме, тот отбивался, кричал, что орудие заряжено, — не помогло. Прон, Тумак, Окунь, Кувалда — по очереди, каждого.

— Ну что, Луня, — Гнус выскочил откуда-то, весь в саже, и уселся рядом с ним на ларь. — Сколько насчитал?

— Восемь… — Луня моргнул. — Восемь раз бахнули, я считал.

— Не считай, парень. — Гнус хлопнул его по колену. — Такое считать — жизни не хватит. Ты просто запомни: ты тут был.

С «Нави», ошвартованной к чужому борту, орали не хуже нашего, а над всем этим, перекрывая рёв, катился знакомый голос:

— … ты мне ЧТО обещал, Волчара⁈ Ты мне поймать говорил! А ты что сделал⁈ Ты сцепку сделал, окаянный, я полсажени борта ободрал об ихние уключины! Ты глянь, глянь, что с обводом! Кто чинить будет, а? Кто⁈

Щукарь стоял на корме «Нави» у правила, стучал по борту ладонью и орал на Волка так, будто это Волк, а не Судислав, шёл на нас с десятью стругами. Волк что-то отвечал снизу и, судя по тому, как Щукарь взвился ещё выше, отвечал весело.

— Дед, — крикнул я, — целы все на «Нави»?

— Целы! — рявкнул Щукарь, не оборачиваясь. — Целы, коли этого дурня не считать! Обвод мне сдирать не по совести, Кормчий, обвод почти новый был!

— Починим на Яру.

— На Яру! — Он воздел руки. — На Яру я тебе три сажени наберу с чужой посудины, но то чужое, а у меня свой родимый!

И тут же, не переводя духа, — уже своим гребцам:

— Чего расселись⁈ Табань помалу! Ну-ка, дружно!.. Так… Живём, братцы. Живём.

Последнее он сказал тихо. Но я услышал.

Клещ спрыгнул с лавки, подошёл к помосту и снизу поглядел на меня — потный, красный, счастливый.

— Кормчий. Славное дело. — Он помолчал и кивнул подбородком на сцепленные струги. — А с этими-то что? Народу вон сколько.

Вот он и вопрос. Ликование ликованием, а без малого сотня чужих душ сидела на палубах и ждала, что с ней сделают.

— Сейчас решим.

Волк перемахнул ко мне на помост с большого струга. Топор он ещё не вытер, и по лезвию сползало тёмное.

— Прими доклад, Кормчий. Куний князь лежит у мачты. Дружину его взяли живьём почти четыре десятка. Южан из воды выловили полтора десятка, вязать пришлось — они и мокрые кусаются. Гребцов Гнус считает, но сотню наберёт.

— Наши?

— Трое. Брага в плечо, вторая рана за поход, злой как чёрт, Двое молодых стрелами зацепило: одному в бедро, второму щеку разорвало. Живы будут.

— Гнус! — крикнул я вниз. — Что там у тебя?

Гнус уже торчал на носу и вёл счёт, тыча пальцем в головы гребцов.

— Сто восемь, Кормчий! Не, погоди… — Он ткнул ещё раз. — Сто девять! Один под лавкой хоронился, я его за ногу вынул! Здоровые все, лапти только мокрые!

— Пусть сидят. Не трогать.

— Да кто их тронет, они сами тише воды! — Гнус хохотнул. — Вон тот в углу третий раз мне кланяется, я уж и отвечать устал!