Речной Князь. Книга 6: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Усилю, — буркнул Дубина.

— Не «усилю», а завтра начнём.

— Дед, дай хоть выпить сперва!

— Выпить дам, — сказал Щукарь. — А завтра начнём.

Бурилом взобрался на камень и рявкнул на весь берег:

— МУЖИКИ! ХОРОШ ТУТ ТОПТАТЬСЯ! ИДЁМ НАВЕРХ, ТАМ КОТЛЫ И БРАГА! ХОЛОДНО ЖЕ, МАТЬ ВАШУ!

Народ повалил наверх. И правда сегодня холодно было: солнце не показывалось, от воды тянуло стылым, и все стояли тут только потому, что забыли про холод.

Я задержался.

— Клещ. Бугай.

Они обернулись.

— Пушку не бросаем. Накройте её и колоду дерюгой, потуже, чтоб не задувало. Сверху рогожи. И припас весь уберите: зелье — обратно к пороховщикам, ядра — под навес.

— А караул ставить? — спросил Клещ.

— Тут некому воровать, но скажу Волку, поставит.

Мы накрыли. Пушка под дерюгой стала просто длинным горбом на песке, и, глядя на неё, никто бы не сказал, что тут только что сломали лес на том берегу.

В Хлынове гуляли всерьёз.

Костры развели прямо между землянками, вытащили котлы. Дарья с Улитой командовали так, что мужики шарахались. Брага пошла по кругу, кто-то уже пел, кто-то уже спорил, а кто-то уже спал в стороне лицом в траву.

И посреди всего этого сидели мои десятеро.

Их усадили к самому большому костру — не спрашивая, просто взяли и усадили. Им таскали еду. Им совали брагу. Вокруг стоял народ и глазел, будто на скоморохов.

Я подошёл ближе и стал в сторонке.

— … а он мне: клин на палец, — вещал Прон. Вокруг него сидело человек десять, слушая. — А палец, братцы, это не палец. Палец — это вон куда ствол уходит. Я забью лишку — и ядро в небо уйдёт, за реку, ищи его потом. Недобью — по воде шлёпнет. Так что клин — это, я вам скажу, наука.

— И ты всё это сам? — недоверчиво спросил мужик из новых.

— А кто ж ещё? — Прон приосанился. — Второй номер я.

— Так у тебя ж рука одна.

— А на кой-мне две? — Прон помахал култышкой. — Я колотушкой бью, мне одной хватает. Мне не бревно ворочать, мне на палец подбить. Тут не сила нужна, тут глаз решает.

Мужик покивал уважительно.

Рядом Ждан рассказывал бабам, как оно грохнуло, и с каждым разом грохало всё сильнее.

— Меня в песок вжало! — говорил он. — Вот прям вдавило, как ладонью! А потом землю тряхнуло, я говорю тебе, землю! Я думал, конец нам.

— Ой, страсти какие, — качала головой одна, которая и сама за яяром сидела. НО тож за яром.

— А то! А после гляжу — ели-то нет! Была ель — и нету!

К Окуню подсел кузнец Архип, и они сидели молча, двое, глядя в огонь. Окуню совали брагу, он не брал. Он вообще не разговаривал в тот вечер — сидел, потягивал воду и молчал. По нему было видно, что он всё ещё там, на берегу, у своей ложки.