— Нет, — сказал я. — Они уходят сейчас, Живыми... Или не уходят вообще.
Гильермо посмотрел на меня, потом на своих. Те молчали.
— Хорошо, — сказал он. — Я скажу им.
— Не надо, — я повернулся к своим. — Обыскать, забрать всё оружие и вывести за ворота. Если кто-то рыпнется, стрелять без предупреждения.
Военные кивнули, начали обыскивать, выворачивать карманы, снимать рюкзаки. Придурки орали, но не сопротивлялись, слишком много стволов было направлено в их сторону.
Гильермо отошёл в сторону, встал рядом со своими. Я слышал, как он сказал кому-то тихо:
— Я же говорил. Я же говорил, что эти гринго серьёзные люди.
Через десять минут восьмёрку, без оружия, без припасов, вытолкали за ворота. Они стояли, оглядывались, орали что-то, но назад не лезли.
— Если увидим ещё раз, стрелять, — сказал я Харрису.
Он кивнул, а я повернулся к Гильермо.
— А теперь поговорим.
Он кивнул. Мы пошли к ангару. Сзади кто-то вытирал грязь с рук, кто-то успокаивал Эми. Жизнь продолжалась. Но осадок остался. И его придётся смывать...
***
Бен приходил в себя, и чувствовал себя чуть лучше, чем вчера. Немного отоспался, вылежался, пропотел и теперь даже ощущал какую-то лёгкость, а ещё желудок громко заурчал, напоминая, что пора бы что-то съесть.
Он поднялся, кое-как оделся и, слегка пошатываясь, начал более детально обыскивать дом. На кухне нашёл здоровенный нож взял, чисто на всякий случай. Бен начал обыск и обшарил тумбочку за тумбочкой, только к его разочарованию все было пусто, здесь уже побывали и вынесли всё, что можно было и нельзя.
Бен уже хотел уходить, когда нога зацепилась за бугорок под линолеумом. Сначала не обратил внимания, потом присмотрелся, а и было видно что линолеум поднимали неоднократно. Больше немедленно секунды он откинул его и увидел люк.
Сначала он хотел просто его открыть, но его рука остановилась возле самого крючка, он подумал и постучал по крышке, прислушался, так как учил Айзек... Ни звука и только после этого он его распахнул. Внизу темно и тихо, он достал из кармана зажигалку, ту самую, что нашёл у трупа. Щёлкнул ею, и опустил вниз, чтобы посветить.
А когда увидел, что там... у него потекли слёзы.
В небольшом подвальчике стояли банки с закрутками. Огурцы, помидоры, компот, тушёнка домашняя. Всё, что нужно, чтобы не сдохнуть с голоду.
Бен спустился, сел на корточки и просто смотрел на эти банки. Потом вытер слёзы и начал собирать всё очень аккуратно, стараясь не разбить.
Бен достал несколько банок — открыл одну с домашней тушёнкой, другую с огурцами. Пока ел, вспомнил, что таблетки так и не забрал из комнаты с ходячим... Голова тогда вообще не думала.
Он тяжело усмехнулся, а после тихо про себя проговорил.
— По-моему, до этого она никогда не работала, раз я оказался в такой ситуации.
Он доел, вытер нож о штаны и поднялся наверх. Постучал в дверь, прислушался, ничего. Бен отодвинул комод от двери и открыл её. Ходячий всё так же висел, и при виде Бена снова начал тянуть к нему руки. Он по привычке обошёл его по широкой дуге, взял коробку с таблетками.
У выхода остановился, повернулся висячему ходячему и тихо произнёс.
— Спасибо, — сказал он.
Тот не ответил, а только руки тянул к ему.
Бен вышел, задвинул комод обратно. Спустился на кухню, налил себе компоту, выпил и задумался. Стоит ли продолжать путь сейчас или лучше прийти в норму?
А потом просто он осознал простую истину, лучше пока прийти в себя. Самочувствие ещё слабое, сил нет никуда он не денется... Потому он решил для себя что сейчас вернётся назад в комнату и отдохнёт...
На этот раз лёг, укутался в одеяло и чужую куртку, а после уснул... С улыбкой на лице... Впервые за долгое время.