Во власти Скорпиона. Том 6. Финал: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Теперь я знаю, как выглядит моя настоящая мать. Знаю, что она жива и невредима. И знаю, что торопиться нельзя. Одно неверное слово — и всё может рухнуть.

Надо действовать тонко…

Глава 11

Контора графа Пересмешникова, г. Ялта

Мобилет звонит, когда Анатолий Гаврилович заканчивает разбирать бумаги по делу Щеглова. Номер знакомый — клиника, та самая, в которой он пытался упрятать мальчишку Скорпионова.

— Слушаю, — говорит Пересмешников, откидываясь в кресле, слегка раскачиваясь.

— Анатолий Гаврилович, добрый день, — голос Никольского слегка нервный. — Вы просили сообщать. Сегодня у нас был граф Скорпионов.

Пересмешников перестаёт покачиваться в кресле.

— Зачем?

— Привёз пациента. Какой-то фанатик, глава культа — напал на семью графа, Всеволод Алексеевич хочет, чтобы тот содержался здесь пожизненно. Оставил щедрое пожертвование.

— Это всё?

— Не совсем, — Георгий Станиславович запинается. — После оформления граф попросил прогуляться по территории. Я показал ему корпуса, потом он ушёл один. Я нашёл его у руин старой больницы, за оградой. Стоял среди развалин и сказал, что там погибла его мать.

Пересмешников молчит недолго, размышляя, мог ли Скорпионов что-то узнать.

— Что-нибудь делал там? Копал, трогал стены, расспрашивал о матери?

— Ничего такого. Просто стоял. Задал пару вопросов о причинах пожара, я сказал, что знаю только официальную версию.

— Хорошо, — говорит Пересмешников. — Пусть вынюхивает, там никаких следов не осталось. Двенадцать лет прошло.

— Я так и подумал, — соглашается врач.

— Если он приедет ещё раз — звоните сразу. И не показывайте ему архивы, если попросит. У вас их нет, всё сгорело, понятно?

— Понятно, Анатолий Гаврилович.

Пересмешников кладёт трубку и несколько секунд смотрит в стену. Потом нажимает кнопку на столе

Машина останавливается у крыльца, когда уже темнеет. Выхожу, не дожидаясь, пока водитель откроет дверь. В голове до сих пор стоит лицо из иллюзии — то самое, чужое и одновременно знакомое до боли. Мать.

Евграфыч встречает у двери, забирает пальто. Спрашивает, как всё прошло.

— Борис на месте, — говорю коротко. — Больше он нас не побеспокоит.

Дворецкий с заметным облегчением кивает и уходит. Я поднимаюсь на второй этаж, и на полпути по коридору замечаю Клаца.

Краб крадётся вдоль стены с двумя тарелками, балансируя ими на клешнях. На одной — безе, на другой — нарезанная пастила. Идёт осторожно, как сапёр по минному полю, и так сосредоточен, что не замечает меня до последнего.

— Ты куда это? — спрашиваю, ибо мыслей у меня нет.

Клац вздрагивает, тарелки опасно накреняются, но он удерживает их — рефлексы у него отменные, особенно после последней мутации. Разворачивается ко мне и выпаливает он механическим голосом переводчика:

— Госпожа. Еда. Просила.

— Оля просила? — уточняю.

— Нет. Сам.