— Все вопросы к нашему богу, я знаю только как делают детей, — усмехаюсь.
Котов давится смехом, но быстро становится серьёзным.
— Кажется, я знаю, в чём здесь дело, — начинает он.
Все оборачиваются к нему, правда интересно, что это за огненный чих у моей жены.
— У Всеволода два кольца, — говорит Котов спокойно. — Скорпиона и Сольпуги. Два бога, два рода силы. Редкость, но бывает всякое. Скорее всего сила Сольпуги как-то повлияла на Всеволода, вот ребёнок и унаследовал оба дара. А может, и только этот.
— То есть ребёнок будет магом огня? — выдыхает Оля.
— Возможно, — пожимаю плечами, тут надо бы со Скорпионом поговорить.
Хотя мысли есть, как это вышло. Не стоит забывать, что в Паяльном Жале так и осталась часть Сольпуги, да и во мне действительно есть обе силы. Могло произойти любое слияние — сила Жала не изучена, уверен, и сам бог ни черта не знает о мощи своего артефакта. В противном случае из-за него не было бы столько склок.
— И что теперь будет? — глаза у Оленьки сразу на мокром месте. — Бог может не принять малыша!
Её рука машинально ложится на живот.
— Я тебя умоляю, — усмехаюсь, — ты забыла, что он лично благословил нас? Пусть только рискнёт не принять Севу-младшего.
— Вы уже и имя выбрали? — удивляется Алиса. — А вдруг это будет девочка?
— Нет, — отвечаем хором с Оленькой.
— Это точно мальчик, — поясняю, — Скорпион благословил, так как я последний в обоих родах. Нужен мужчина, дабы проблем меньше было.
На этом от нас отстают, но Алиса теперь обещает от Оли не отходить. Могу её понять, никакого осуждения — раз не сбылась её мечта стать матерью, пусть хоть так компенсирует.
А что касается бога Скорпиона — он сам виноват. Знал, что Жало теперь иное. Либо не подумал, либо подумал — и решил, что его всё устраивает. Кто этих богов разберёт? То ссорятся, то в дёсны целуются. Я лезть не собираюсь.
Но только вот Оленька весь день теперь лежит с головой под подушкой — токсикоз накрывает её волнами и непредсказуемо. Я сижу рядом, приношу воду, когда просит. К вечеру ей чуть лучше.
— Справлюсь, — говорит она из-под подушки.
— Знаю, — говорю.
— Ты не уходи только.
— Никуда не ухожу, — усмехаюсь и понимаю, что настоящее веселье только начинается.
Нас ждёт удивительный и сложный год, надеюсь, я смогу облегчить страдания супруги, а то просто смотреть на неё тяжело.
На следующий день открытие, даже думаю пропустить. Но Оля к утру подпрыгивает, будто ничего и не было, натягивает платье, которое купила с жёнами Котова и раньше всех спускается с обворожительной улыбкой.
Вот это метаморфозы.
Едем в кондитерскую. Оля сразу же приклеивается к витрине и плотоядно смотрит на пирожное.
Я смотрю на это и молчу. Котов смотрит и улыбается:
— Ну, поздравляю, что ли, — хмыкает Ярик. — Будешь теперь в мороз яблоки по всему Крыму искать.
— Такова наша доля, — пожимаю плечами.
— Она у тебя сильная, — подбадривает Котов. — Вон на моих глянь, все живы-здоровы и счастливы. Просто будь рядом. Для женщины это важно.
— Спасибо за совет, — киваю и наблюдаю, как Оленька уплетает третье пирожное.