А потом… а потом надо смотреть в оба. Раз в документах снова всплыл «Объект 101», то это теперь я, и меня хотят осмотреть, не привлекая внимания, чтобы понять, насколько я вообще подхожу для нового переноса. Ждут только добро от шефа.
Да, у Корнеева прагматичный подход. Найду предателя, а потом ещё пригожусь. Вадик Лебедев станет Вадиком Корнеевым, наследником империи Корнеева, которому тот оставит всё, когда сам помрёт.
Это тоже не говорилось прямо, но я так предполагаю. Не терять же подходящий образец в лице меня, а проводить опыты на всех подряд точно нельзя. Да и боится, что помрёт, а новый реципиент тоже откинется через пару недель. Очень боится этого, хотя прямо и не говорит об этом в переписке.
Но у Корнеева нет столько влияния, и он проводит это в тайне от государства. Хотя, скорее всего, шепнул парочке влиятельных людей, обещаю с ними поделиться методикой. Многие же хотят жить вечно. Но даже так шифруется. Так что от меня не отстанут. Сотрут нафиг всё, чтобы стал, как чистый лист. А пока следят за качеством переноса, чтобы всё удалось.
Дают сроки в пару месяцев, после которых рисковать не будут.
— Козёл он, — проговорил я, сжав кулаки.
Нет уж, не дождёшься.
Меня интересовало и другое — слова Ланге, что личность Туман меня в итоге подавит, и я забуду себя, тогда появится он. Корнеева это тоже интересует, ведь он не хочет упустить момент, когда вернётся Туман. Шпион тут же испарится, он даже из Северной Кореи смог свалить в своё время, несмотря на розыск, о чём мне говорил портрет Кима в одном из залов.
Читал дальше, отрешившись от всего, чтобы не пригорало от их цинизма и продуманности. Фамилии участников переписок и списки проектов я запоминал, думаю, увижусь в Москве, хотя парочка была в моём городе, но они под пристальным колпаком.
Короче, они не сомневались, что перенос необратим, но из-за того, что сознание нового носителя, то есть меня, не было подготовлено, он затянется. Ведь так уже было раньше.
В итоге перенос свершится, и мозг будет воспринимать мои собственные воспоминания как чужие, перестроившись на работу с приобретёнными. Грубо говоря, он их не удалит, а просто перестанет их находить, будто кто-то удалил все ссылки на сохранённые страницы в интернете. Они как бы есть, но найти ты их уже не сможешь. Зато к новым путь будет легче, и я перестану воспринимать себя как себя самого.
И даже тогда всё можно будет снова очистить и заново залить нового донора. Умники даже обещали, что во второй раз пройдёт быстро, типа, мозг уже адаптируется к таким изменениям.
Хреново быть объектом исследований. В глаза говорят, какой молодец, а сами как мясники на скотобойне, думают, куда пустят на мясо. И самое плохое, что мало кто знает истинную суть. Даже Рогов из «Контура» не в курсе планов Корнеева, он делает свою работу по защите важных для государства сведений.
Так есть ли выход из этой ситуации?
Я налил ещё кофе в кружку. Кружку мне подарила Наташа, на ней был нарисован улыбающийся котёнок, который говорил: «Эта кружка для чая, но если ты нальёшь в неё немного алкоголя, я никому не скажу». Котёнок подмигивал.
Выход есть, правда, о нём пока мало известно. В документах всплыл закрытый проект «Ментат», связанный с «Периметром». Туман бы за это зацепился, вот и я обратил внимание. А почему такое название?
Пробежался по дворцу памяти и заглянул в подвал, где у шпиона хранились ящики со всеми просмотренными фильмами и книгами, которые шпион успел прочитать.
Точно, «Дюна» Герберта, она у меня была в очереди на чтение, но я хотел почитать её сам, своими глазами, несмотря на то, что сюжет есть в памяти Тумана. Так вот, в книге были люди, которые обладали отличной памятью и анализировали в уме кучу данных, потому что в книге компьютеры были запрещены. И назывались они как раз ментатами.
Корнеев, известный любитель фантастики, мимо этого пройти не мог. И он исследовал, может ли человек держать в голове огромные объёмы чужой памяти и использовать их. Чтобы сохранить чужой опыт, не теряя своей личности. Вот как я сейчас, когда чётко разделял, где своя память, а где чужая.
Для чего этот проект? Сохранять полезные навыки умных людей, разных талантов, тех, кто ещё может пригодиться. Но проект был закрыт как раз после появления первых опытов «Периметра», где переносились не только навыки и память, но и личность, как говорили первые исследования.
Корнеев считал себя умнейшим человеком и хотел, чтобы его оцифрованные навыки и память помогали потомкам даже после его смерти, чтобы это не исчезло вместе с ним. А потом решил, что сам может этим заняться в чужом теле, и «Ментат» был закрыт. Но… архивы остались в Москве, как и результаты экспериментов.
Я закрыл крышку ноутбука, чтобы всё переварить. Налил себе ещё кофе, постоял у окна с кружкой в руках, глядя во двор. Короче, план понятен. Надо использовать интерес Корнеева ко мне и внедриться в фирму, чтобы выяснить это всё у создателей напрямую.
Пока же моя память под контролем, я её тренирую и чётко разделяю, где мои воспоминания, а где Тумана. Думаю, без этого я бы уже стал понемногу всё забывать и путать. Ну я и раньше не собирался куда-то сбегать, а сейчас так вообще стало понятно, что это был бы путь в никуда.
Надо поработать, используя навыки, но чтобы Корнеев думал, что это обычный студент с чужими навыками, которого он постепенно внедряет в своё окружение, чтобы потом никто не удивился, откуда я взялся, когда он использует перенос.
Короче, мы ещё с ним повоюем. И не только с ним. Другие тоже хотят всё это знать.
Вернулся за комп, посмотрел ещё, что там оставалось. Тут были документы по проекту «Сфера» — это умный дом, разработанный фирмой Корнеева. Про него я тоже читал на планшете.
Из интересного, что новые умные диктофоны с нейросетью, ТВ с микрофонами и умные колонки используются для обучения своих моделей, причём нелегально. Пример с Пауком, который попался на умной колонке, это подтверждает.
Время уже четыре утра. Так и не поспал. Хотя не хотелось. Даже подъём какой-то почувствовал. Ведь не всё потеряно, есть над чем работать. Если всё удастся, я останусь собой, но и навыки не потеряю с чужой памятью, которая так выручает.
И хорошо в двадцать один год, что можно долго не спать и чувствовать себя бодрячком. Многие, кто старше меня, мне отчаянно завидуют.
Я проверил кое-что ещё. Оставил на десерт то, что забрал с тела умершего наёмника Лёхи кроме телефона, ведь там наверняка куча всяких интересностей. Так и вышло.