– Да недалеко, – Ноктус небрежно махнул рукой, – в Блажью Топь.
– Куда? – Брови следователя подпрыгнули так высоко, что едва не оказались у него на макушке.
– Блажья Топь. Всего четыреста вёрст на северо-запад. Поедете купейным вагоном, который выкупите весь – это вполне обычное дело для господ вашего достатка и рода занятий.
– О, – Артур зааплодировал, – так мы едем вдвоём с Фигаро?
– А куда ж я вас дену? – Ноктус вздохнул, взглядом превратил окурок в белый пар и тут же закурил новую сигарету. – Вместе, вместе... И почему вы, Фигаро, так удивились? Вы что, не знаете, где находится Блажья Топь?
– В том-то и дело, что знаю. – Фигаро сжал зубами чубук, грозно зыркнул на трубку, и табак сам по себе загорелся, чуть затрещав. – Это ж западная Чернополынь. Каторга.
– Не-не-не, – куратор замотал головой, – каторга восточнее. Топь уже давно не находится на территориях исправительных учреждений, хотя, конечно, примыкает к ним почти вплотную. Бывших заключённых там много, это да, ну так много и гвардейцев. Можно сказать, что тамошняя экосистема пребывает в хрупком равновесии. Но именно что в хрупком.
– Первый Специальный полк Королевской гвардии. – Следователь медленно кивнул, затягиваясь дымом из трубки. – Цепные псы, злобные, психованные, но контролируемые в достаточной мере для того, чтобы управляться с ещё более невменяемыми подонками, чем они сами. Милые люди, одним словом. Во время войны они обеспечивали порядок в штрафных батальонах.
– Ага, – Мерлин захихикал, потирая ладони в предвкушении. – С одной стороны, головорезы, а с другой – озверелые вертухаи. Красота! И в качестве кого же мы должны появиться в подобной компании? Какая у нас легенда?
– Вот да, – Фигаро хмыкнул, – мне, признаться, тоже интересно. Мы едем на Блажью Топь как... кто?
– Как два пронырливых агента уже упомянутого вами ранее торгового дома «Фавн и Фанси». – Куратор самодовольно ухмыльнулся, складывая руки на животе и откидываясь на спинку кресла. Сами господин Фавн и госпожа Фанси думают, что сотрудничают с Орденом Строгого Призрения, готовы помогать во всём и крайне заинтересованы в помощи, надеясь получить по итогам весьма солидный куш.
– Ого! – Следователь присвистнул. – И какой же?
– Как вам известно, торговый дом «Ф&Ф» занимается всем, что так или иначе может быть увязано со словосочетанием «шикарная жизнь». Салоны красоты, парфюмерия, меблировка богатых домов, индивидуальный пошив одежды – все богемные мастера работают на Фавна и Фанси – ювелирный промысел и, конечно же, экзотическая кухня.
– Чего? Кухня?
– Ах, Фигаро, вы и представить себе не можете, какие деньги платят столичные толстосумы дабы отведать какого-нибудь додо томлёного в Шато Лафит 1779-го года. В закрытых клубах гурманов ежедневно проедаются целые состояния. И, разумеется, немалое количество таких клубов принадлежит торговому дому «Ф&Ф». Конкретно сейчас вы, как их агенты, должны всеми правдами и неправдами заполучить лицензию на отлов и вывоз с Блажьей Топи большого белого королевского краба. Доводилось слышать о таком?
Фигаро и Артур переглянулись и синхронно пожали плечами.
– А следовало бы. Вы же торговые агенты... В общем, около трёх лет назад один из этих самых крабов был впервые изловлен, доставлен в Столицу и подан к столу в одном средней руки ресторанчике. На беду в этом самом ресторанчике остановился алчущий острых ощущений столичный гурман господин Клопс, он распробовал новый деликатес ну и пошло-поехало. Сегодня блюдо из белого королевского краба можно откушать исключительно в паре-тройке рестораций при уже упомянутых мною закрытых клубах, а обойдётся это вам всего-то в двадцать три тысячи золотых империалов.
– Что? – Глаз следователя дёрнулся. – Двадцать три тысячи золотом за какого-то краба?
– Не за краба. – Куратор усмехнулся, покачивая пальцем. –Я ж говорю: за блюдо из оного. В которое входят только его клешни. Сам краб целиком обойдётся вам куда дороже. Цены там очень сильно колеблются, но, в целом, их диапазон вы можете представить.
– С ума сойти. – Фигаро затянулся трубкой так, что дым едва не повалил у него из ушей. – Да что ж это за краб такой?
– Довольно крупный. Размером чуть больше средней сковороды, и это только тело, без лап и клешней. Неповоротливый донный хищник, питается всем, что способен перемолоть и сожрать. Цвет не столько белый, сколько бежевый. Но главное не это, а исключительные кулинарные качества этого редкого зверя. Те, кто его пробовали, совершенно без ума от восторга и готовы душу заложить за новую порцию. Пятый номер журнала «Столичный едок» полностью посвящён белому королевскому крабу. Его мясо даже исследовали в Академии и выяснили, что оно содержит какие-то там энзимы, которые временно перекодируют ваши вкусовые рецепторы, многократно усиливая ощущения... Короче, купите журнал и прочитаете. Должны же вы знать, за каким чёртом вы прётесь на Блажью Топь.
– А этот краб, – Артур строго поджал губы, – он не того, не вымирающий? Может, его отлов и вовсе запретят скоро? А мы в это время как два идиота...
– Может, и вымирающий, кто его знает. – Ноктус равнодушно пожал плечами. – Для того чтобы вид причислили к вымирающим и занесли в Зелёную Книгу Королевства, нужно этот вид сперва изучить. А как ты его изучишь, если среда обитания белого краба такова, что там полно всякой живности, что и сама не прочь наших-то натуралистов изучить в кулинарном плане?
– Ага! – Следователь хлопнул себя по лбу. – Ну конечно! Краб, как я понимаю, водится не в самой Блажьей Топи, а...
– В Великой Хлюпи. Именно поэтому его так тяжко добывать: риск быть сожранным вараном-хамелеоном или ильным крокодилом слишком велик. Да и водяные... Ну, сами понимаете.
– Ладно. – Фигаро вздохнул, – с этими кулинарными крабами более-менее понятно. Легенду в общих чертах уразумел. А теперь рассказывайте, зачем мы на самом деле лезем в это хреново болото?
Куратор вздохнул, пыхнул сигареткой, достал носовой платок, промокнул им одутловатые щёки, спрятал платок, достал очки и принялся долго и нудно протирать их рукавом пиджака.
Фигаро спокойно наблюдал за всем этим, попыхивая трубочкой. Он давно привык к этому маленькому ритуалу и терпеливо ждал.
Наконец, куратор закончил возню, выдохнул, открыл одну из лежащих на столе папок и, нацепив очки, строго посмотрел на следователя с колдуном.
– Господин Фигаро, господин Артур, что вам известно о культе Дагона?