Агент Их Величеств, часть четвёртая: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

«Вот только получается, увы, как правило, наоборот, – подумал он, раскладывая на столе свой курительный набор: трубку, латунные лопаточки для чистки деревянной чаши, ершики для чубука и жестянку с табаком, – жизнь мне подбрасывает такие опасности, что только дух переводить остаётся. Позже, когда чудом копыта не откинул... А вот огонёк странный, вообще непонятный: зеленоватый, мигающий и, кажется, движется. Кто это? Или что? Кто знает... И поэтому страсть как интересно. Решено: закончим с делами на Хлюпи – притащу Артура в эти места. Возьмём с собой палатку, удочки, все мерлиновы чудо-приборы, какие только тот захочет, захватим Гастона, который у Матика теперь личным колдуном заместо Метлби... чёрт, да даже Сальдо можно взять. Он хоть и зануда, зато в рыбалке разбирается и спиннингом щуку таскать горазд... Кстати, о чертях: где это Терентий?.. А, вот он: задрых на багажной сетке. Ишь, скрутился на моём чемодане что твой кот... Ух ты! А это ещё что?!»

У окна пролетел вихрь огненный искр, точно несколько звёзд сорвались с тёмного неба и решили проветриться, прогулявшись вдоль рельсов. Фигаро почувствовал характерное покалывание в кончиках пальцев... а затем огни, весело искря, покружили за окном, точно подмигивая, и с треском растворились в ночи.

– Это ещё что было? Артур?

– М-м-м? – Старый колдун был занят тем же, чем и следователь: набивал свою трубку из слоновой кости. – А, вы про огоньки... Чёрт его знает. Какая-то Другая активность. То ли духи, то ли некий неизученный вид спрайтов... Пф-ф-ф-ф... Хороший табак у вас, Фигаро, однако!

– Ясен пень, что хороший, вы же мне его и дарили... Иными словами, вас не волнует внезапная встреча с неизученным видом Других?

– Нет, Фигаро, – Мерлин с улыбкой пыхнул ароматным дымком, – не особо. То есть, по-человечески мне, понятно, интересно, да только все опасные Другие уже давным-давно изучены, каталогизированы и описаны в во-о-о-от такенных монографиях. Именно потому, что они опасные, а, значит, нужно знать, как с ними бороться, да как их изводить. А всякой мелкой Другой ерунды – дык её как пыли под кроватью. Изучать каждое такое чудо природы – жизни не хватит. Поэтому я особо не напрягаюсь: ну, летят себе и пусть летят. Абы нас не трогали.

– Так, получается, великому Мерлину тоже близка позиция созерцателя?

– Иногда. Это полезно для мозга. Слишком много деятельности это стресс, стресс это невроз, а невроз – прямая путёвка в психушку. Оно мне надо? Оно мне не надо... Так-так, стоп! Не жлобитесь, у вас этого табака ещё две жестянки...

Глава 3

– Нет, – сказал гвардеец в синем мундире, – я не могу вас пропустить, господа. И мне вот прямо до жабьей задницы что у вас там в бумагах написано. Да стой рядом с вами Его Величество Тузик, я бы и то не пропустил. Без личного распоряжения капитана Нота – никак.

– Ого! – Фигаро поцокал языком. – Так начальник ВОХР – целый капитан? Неслабо. И где же нам искать его капитанское превосходительство?

– А нигде. – Гвардеец пожал плечами. – Сами скоро подойти должны, значицца. А вы, господа хорошие, пока что имеете полное право подождать снаружи. Покурите на лавочке, почитайте газетку, скушайте пирожок, а там, глядишь, и господин Нот изволят подойти... Хотя вообще-то уже минут как двадцать должны были явиться. Подожду ещё столько же, и буду телефонировать.

Следователь тяжело вздохнул, обведя взглядом маленькую конуру контрольно-пропускного пункта: два стула, обитая железом дверь, которую, пожалуй, не пробил бы и танк из головного орудия и маленькое зарешеченное окошечко с торчащей в нём румяной усатой мордой гвардейца. Две ручки для заполнения бумаг, что болтались на длинных кусках толстого шпагата, напоминали повесившихся с горя долговязых доходяг.

Фигаро вздохнул и покосился на закопчённую стену слева, испещрённую надписями, как вырезанными в тёмной плоти дерева, так и нанесёнными алхимическими карандашами, чернилами и просто разноцветными мелками. Прямо на следователя глядела косая надпись чёрной тушью, выцветшая от времени: «Оставь надежду всяк сюда входящий!».

«Точно, – подумал Фигаро, – надежды как-то достучаться до этого дуболома в окошечке ровно никакой. Что ж, выйдем, покурим...»

–...ф-ф-ф-фух! – Артур-Зигфрид аккуратно притворил за собой дверь КПП и закурил сигарету, яростно терзая зубами рыжий фильтр. – Ну и душнила! Право слово, у меня не раз возникало желание врезать его чем-нибудь горячим. Или электрическим. Раза три возникало, вот честное слово. Обычно, это случается реже.

– Так почему не врезали? – Фигаро, промокнув платочком вспотевший лоб, вытащил сигарету у Артура из пачки и тоже закурил, выпуская из ноздрей клубы сизого дыма, точно дракон. – Я за гуманное отношение к людям, но этот тип выбесит даже горного монаха-отшельника.

– А, – махнул Мерлин рукой, – один чёрт нам нужно дождаться этого Эмеральда Нота. Иначе мы будем разбираться в тонкостях местных социальных хитросплетений неопределённо долго... М-м-м-м, какие запахи! Свежий воздух, Фигаро! Красота!

– Вам в Тудыме было мало свежего воздуха? Или местный какой-то особенный?.. Ладно уж, подождём. Благо, тут есть скамеечка.

Скамеечка, действительно, имелась: широкая, не лишённая элегантности, и сделанная целиком из гранита, очевидно, для того, чтобы сидящие на ней могли отморозить себе зады даже в самый жаркий июльский полдень. Спинка скамеечки упиралась в каменную стену будки КПП, а дальше, за будкой с зелёными дверями и мордатым охранником в окошечке поднималась вверх высоченная стена.

Секции стены представляли собой наклонённые вперёд, со стороны охраняемых территорий, деревянные мачты между которых были растянуты настоящие заросли колючей проволоки. За стеной виднелась пара сторожевых вышек, упиравшихся в землю ажурными ногами-опорами, которые поддерживали вращающиеся шары-кабины с торчащими из них чёрными пулемётными стволами. Вкупе с табличками «Опасно, высокое напряжение!» торчащими из земли через каждые несколько футов всё это выглядело мрачно и очень серьёзно.

Зато напротив шипастой стены, прямо перед следователем и колдуном жизнь била ключом, складываясь в совершенно другую, весьма жизнеутверждающую картину.

Это был... ну, допустим, рынок. Во всяком случае, другое название этому зрелищу следователь подобрать затруднялся. Больше, наверное, подошло бы только восточное слово «базар», но вокруг не было видно ни одного верблюда.

Зато в избытке было контейнеров: старых, новых, больших, маленьких, с надписями и без. Контейнеры катались по сложной системе мостовых кранов, опускались на грузовые платформы прицепленные к хмурому поезду, что отдувался на колее всего в полусотне метров от КПП, плюясь паром и хлебая воду из чёрного шланга, контейнеры громоздились пирамидами и стояли прямо на земле. Многие из контейнеров были открыты нараспашку, гордо демонстрируя своё содержимое, а между ними бегали усатые охранники в чёрных робах, юркие распорядители в кое-как пошитых костюмчиках и толпы простого люда, словно шагнувшего сюда откуда-нибудь с вокзала Верхнего Тудыма.

Продавцы у контейнеров зычно орали:

– Моторы на косилки, моторы на лодки, моторы на культва-а-а-а-а-аторы! С пылу с жару, ещё не маркированы! Налета-а-а-а-ай!

– Сапоги, резина, стру-у-у-умент!

– Масла! Краски! Керосин!

– А кому картон? Упаковочный, складометрами!

– Трубы водопроводные, трубы газовые! Арматура!