Он тянется ко мне, но его рука просто зависает в воздухе, когда я отшатываюсь от любого прикосновения, а затем падает.
Аран прочищает горло, его голос хриплый, но ровный.
— Я в безопасности, Сурайя. Ты не можешь просто сдаться. Ты должна позволить этому течь сквозь тебя, — настаивает он. — Подавление не принесет никакой пользы.
— По крайней мере, я никого не сожгу дотла, — всхлипываю я.
— Думай о себе как о ее инструменте, — говорит Рошан.
Мне хочется закричать на него. Я не была ее инструментом — я ее подчиненная. Слуга звезды, назвала меня старуха. Ничто не может быть точнее. И, учитывая мою некомпетентность, пройдет целая вечность, прежде чем я овладею хоть какой-то ее частью.
В момент, который должен быть самым неподходящим в мире, мое зрение начинает сужаться.
Нет, нет, нет.
Странная ясность наполняет меня вместе с сопутствующим приливом сырой силы. И затем появляется старая карга, словно мои недобрые мысли призвали ее. Запах гари исчезает, и все обретает туманный блеск, когда она мерцает, появляясь ровно там, где напротив меня стоял Рошан.
В отличие от прошлого раза, на этот раз, где-то глубоко в подсознании, я понимаю, что ее здесь на самом деле нет.
— Сетаре сар локкар.
— Кто ты на самом деле? — Я изучаю ее сморщенное лицо, ее гриву серебряных волос и завораживающие глаза, переполненные космическим светом. — Друг?
Я не ожидаю улыбки.
— Да.
— Хранитель Звезд?
— Нет.
Я вспоминаю историю Рошана.
— Ты хранительница, одна из Королевских Звезд?
— Да. — Ее улыбка становится шире от одобрения.
Это не старая карга — она реликвия из прошлого времени... божество и рука старых богов. Мое дыхание прерывается, когда я смотрю ближе, сквозь возрастные линии на ее лице, и вижу, что это вовсе не линии. Это падающие звезды и кружащиеся созвездия. Смотреть на нее — все равно что смотреть на карту звездного неба.
Мои глаза болят от напряжения, когда я не свожу их с нее — я не хочу, чтобы она исчезла, не сейчас, когда ответы могут быть близко.
— Как тебя зовут?
— Вена.
Конечно. Производное от Венант, также известного как Регул, хранитель северных небес, сердце льва и путеводный свет лидеров и правителей, королей и королев. Дом Регул стал совсем не похож на своего древнего, яркого тезку.
— Почему ты сказала, что я — горький, прекрасный конец? — спрашиваю я.
Она машет рукой, оставляя за собой светящийся переливающийся след.
— Ты будешь симургом, восстающей из звездной пыли этого мира. Ты — его разрушение и его пробуждение. Его гибель и его бессмертная надежда. Ты — эпицентр его бьющегося сердца.
Я качаю головой, мое раздражение расцветает в полную силу.
— Ты не можешь говорить нормально? Что это значит? Ты хочешь, чтобы я уничтожила Эндару?
— Если это твой путь, то звезда должна гореть.