Мне отчаянно хотелось перевести разговор на другую тему.
— Вся вина целиком лежит на мне, Оливия. Подобного больше не повторится.
Он сцепил руки и наклонился вперёд, опершись на бёдра. Правда, судя по сияющей улыбке, особого раскаяния он не испытывал.
— Хорошо, — сказала я. — Извинения приняты.
Пожалуйста, давайте уже сменим тему.
— Больше всего меня беспокоят трое мужчин, которые сейчас неизвестно где. А именно наши мужья и Малик…
— Да, я тоже о них думал. И тоже беспокоюсь. — Граф Монтего провёл по подбородку длинными изящными пальцами.
Я постаралась выбросить из головы образ этих самых рук, скользящих по стройному телу служанки.
— Правда? Есть идеи, что мы можем сделать? Просто сидеть здесь сложа руки — настоящая пытка.
— Понимаю, дорогая Оливия. Ты любишь приключения. Но, уверен, ты понимаешь и преимущества того, чтобы оставаться в доме, оберегая себя и ребёнка. — Он поднял взгляд к потолку.
В его чертах была какая-то неподвластная времени элегантность, словно лицо высекли из камня. Всё в нём говорило о благородном происхождении, но я ничего не знала о его родословной. Кто его семья? Откуда они родом? Я даже не знала, из какой страны он происходил. Даже по акценту невозможно было определить принадлежность к какой-то одной культуре.
— Уверен, всё дело в погоде, — произнёс граф, прерывая мои размышления. — С тяжёлым грузом в таких условиях передвигаться трудно. Я уверен, с ними всё в порядке.
Он ободряюще улыбнулся нам.
— Однако, если они не вернутся до конца недели, я организую поисковый отряд. И даже сам присоединюсь к поискам.
Напряжение наконец отпустило мои плечи.
— Правда? Вы это сделаете? Я буду вам безмерно благодарна.
— Разумеется, дорогая. Не хочу, чтобы ты потратила ещё хоть минуту на переживания. Всё будет хорошо. — Он положил руки на подлокотники кресла и закинул одну ногу на другую. — Что ещё я могу сделать, чтобы вас успокоить?
Я на мгновение задумалась.
— Почему бы вам не рассказать нам какую-нибудь историю? Очевидно, вы до сих пор умеете заставить женщину улыбаться.
Стоило словам сорваться с губ, как я покраснела.
— Что сделало вас тем, кто вы есть, граф Монтего? — запинаясь, спросила я, надеясь направить разговор в другое русло.
Глаза графа весело блеснули — похоже, моя оплошность его позабавила.
— Рад, что ты оценила моё мастерство в обращении с противоположным полом.
Он усмехнулся, и мои щёки вспыхнули ещё сильнее.
— Для начала перестань называть меня графом Монтего. Друзья зовут меня Матиасом.
Он считает нас друзьями?
Я взглянула на Эмили, и та слегка пожала плечами.
— Хорошо, Матиас. Что вы можете рассказать о себе?
Матиас откинулся в кресле, словно готовился отправиться в долгое путешествие. Его взгляд устремился в окно.
Наконец он заговорил: