— Моё терпение на исходе, — тихо, почти успокаивающе произнёс Бальтазар. — Скажи мне, где Эмили. Я хочу с ней познакомиться. И кто такой граф Монтего?
Мой отравленный, измученный галлюцинациями мозг выдал адрес.
Бальтазар едва ли не закукарекал от восторга.
— Я знал, что в конце концов ты меня не подведёшь. Ты хороший сын, Марселиус.
Он направился к двери.
— Куда ты? — выкрикнул я, испугавшись, что останусь один.
— Какая разница? С тобой я закончил.
Бальтазар выскользнул наружу и с грохотом захлопнул дверь, заперев меня внутри.
Я принялся биться головой о гранитную стену. Я позволил белладонне завладеть мной.
И теперь моя любимая Эмили и мой ребёнок скоро погибнут.
ОЛИВИЯ
ГЛАВА 35
Я рывком распахнула тяжёлую входную дверь дома графа Монтего и вышла навстречу завывающей буре. Ветер хлестнул меня по лицу ледяным дождём, растрепал волосы, а я, щурясь в сплошной белой пелене, отчаянно пыталась разглядеть хоть какой-нибудь след Романа. Деревья вокруг напоминали перепуганных животных: их ветви гнулись, словно сдаваясь на милость безжалостной метели.
— Оливия!
Резкий, укоризненный голос Эмили прорезал моё отчаяние.
— Немедленно вернись в дом! — Она схватила меня за руку, втащила обратно и захлопнула дверь. — Ты простудишься и заболеешь.
— Мне просто так страшно. Прошёл почти месяц. Они сказали, что вернутся через две-три недели.
Я потёрла ноющую челюсть. Последнюю неделю я почти не спала: стискивала зубы и изводила себя мыслями о том, почему Роман, Малик и Марселиус до сих пор не вернулись. Глубокой ночью воображение неизменно подбрасывало мне самые ужасные варианты развития событий. Мне снились кошмары, в которых все трое лежали в лужах собственной крови или были пронзены мечами. Я пыталась образумить себя, молилась, чтобы они благополучно добрались обратно на холм, но перед глазами снова и снова возникали картины их поражения и одиночества. Лишь когда рассвет пробивался сквозь шторы, яркий свет возвращал меня в реальность, вырывая из хаоса мучительных снов.
Эмили взяла меня за руку.
— Я знаю, сестрёнка. Мне тоже страшно. Но нельзя подвергать себя опасности только потому, что мы обезумели от тревоги. Идём со мной.
Поместье графа Монтего в Уэльсе больше походило на замок, чем на обычную усадьбу. Огромный дом вместе с хозяйственными постройками окружала массивная кованая ограда, выглядевшая так, будто могла остановить даже танк, вздумай тот пойти на штурм.
Дом представлял собой раскинувшуюся громаду из серого камня и массивных деревянных балок, с четырьмя башнями, увенчанными башенками и развевающимися вымпелами. Снаружи можно было подумать, что он сошёл со страниц фэнтезийного романа, но внутри всё выглядело не менее волшебно. Каждая комната была огромной, с высокими сводами и невероятным простором, и я частенько терялась, переходя из одной в другую.
Бродить по этому дому было всё равно что оказаться в замке прямиком из какой-нибудь сказочной истории.
Комната, куда Эмили привела меня, называлась просто «Нуар». Высокий кессонный потолок был полностью белым и украшен искусной резьбой. Стены покрывали золотистые обои с узором из геральдических лилий, а каждый дверной проём обрамляли массивные резные арки из чёрного дерева. Такая же арка окружала камин, в котором яростно полыхал огонь. Кресла и диван с высокой спинкой были сделаны из того же чёрного дерева, покрыты сусальным золотом и обиты золотистым бархатом с цветочным узором. Арочные окна от пола до потолка обрамляли тяжёлые бархатные шторы с другим цветочным орнаментом.
Огромная комната выглядела так, словно находилась в сказочном дворце.
Мы пересекли роскошный шерстяной ковёр с цветочным узором в нежно-розовых и тёмно-синих тонах.
— Садись, — сказала Эмили, указывая на диван.
Я села.
Она устроилась рядом, повернулась ко мне и взяла меня за руки.