Закутанные в плащи фигуры придвинулись ближе, окружая нас.
Мы с Романом забрались на стол. Мы так быстро расхватали клинки, что те со звоном столкнулись у нас в руках, когда мы приняли боевые стойки. Я оскалилась, наблюдая, как один из нападавших бросился на меня. Не отводя от него взгляда, я подняла ногу и со всей силы опустила каблук ему на кисть. Меня захлестнуло удовлетворение, когда под подошвой раздался тошнотворный хруст ломающихся костей.
Он взревел и вскочил на стол, разметав кинжалы, когда его сапоги ударились о поверхность. Схватив меня за руки, он резко заломил их за спину.
Я попыталась затылком разбить ему нос, но не попала.
Роман приблизился, презрительно рыча. Он наклонил подсвечник, и расплавленный воск потёк по лицу мужчины, словно раскалённые слёзы. Воск залил ему глаза, обжигая и ослепляя, а затем застыл на щеках маской цвета слоновой кости.
Мужчина закричал и выбил свечу. Та со стуком ударилась о стену, упала на пол и погасла. Нас поглотила тьма.
Я услышала свист рассекающего воздух ножа, сдавленный стон Романа и глухой удар.
— Что случилось? — спросила я, надеясь, что с Романом всё в порядке.
Мужчина закричал и рухнул на пол.
— Я перерезал ему горло, — сказал Роман.
— Рауль найдёт вас, — прохрипел умирающий. — Он будет пытать вас, а потом убьёт ядом.
После этого он затих.
В кромешной темноте я совершенно потеряла ориентацию.
— Где ты, Роман?
— Я здесь.
Его ладонь коснулась моей щеки.
— Давай встанем спина к спине, — сказала я.
Роман прижался спиной к моей.
Я яростно рассекала клинком воздух перед собой, беззвучно молясь, чтобы мне удалось достать хотя бы одного из оставшихся охранников. Когда из темноты раздался вопль боли и ярости, меня охватило торжество — я попала.
Теперь оставался всего один охранник.
Позади послышались звуки борьбы. Роман оторвался от моей спины. Крики, новая ругань, вопли — я ничего не видела.
— Роман! — закричала я.
— Уходим отсюда. Сейчас же, Оливия! — Его пальцы мёртвой хваткой сомкнулись вокруг моих. — Последний мёртв. Быстрее, уходим!
Мы выбрались из тёмного подземелья и на ощупь бросились к выходу. Я дрожала, пока мы пробирались через помещение с поблёскивающими в темноте черепами. Казалось, кости, выложенные вдоль стен, отчаянно тянулись ко мне.
— О боже! Меня сейчас вывернет! — выдохнула я, когда тошнота подкатила к горлу.
Роман стиснул мою руку железной хваткой и потянул меня к спасительному выходу. Пальцы то и дело натыкались на холодные твёрдые черепа, которым, казалось, не было конца, и я изо всех сил пыталась унять вызванную паникой дрожь. Когда нога наконец нащупала ступеньку, меня затопило таким облегчением, что я едва не застонала.
Роман победно вскрикнул, и его голос эхом разнёсся по жуткому подземелью.
Не разжимая рук, мы поспешили вверх по тёмной лестнице так быстро, как только могли.
— Как мы отсюда выберемся? Ты же закрыла книжный шкаф, — сказал Роман, когда мы добрались до верхней площадки.
— Должен быть какой-то способ открыть его изнутри. Ты начинай с того конца, а я — с этого, — сказала я.