Охранник преградил нам путь.
— Никто не уйдёт, пока представление не закончится. Никто.
Он вытащил меч из ножен на поясе и приставил остриё к груди Романа.
Роман поднял руки, демонстрируя, что сдаётся.
— Разумеется. Мы понимаем. Немедленно отправимся на представление.
Глаза охранника за маской сузились.
— Я провожу вас лично и прослежу, чтобы вы заняли своё место среди зрителей.
— Как пожелаете, — невозмутимо ответил Роман.
Охранник уставился на его дублет.
— Вино, — сказал Роман с ухмылкой. — Я так пьян, что промахнулся мимо рта.
Охранник покачал головой.
— Шевелитесь.
Мы двинулись по коридору и начали спускаться по лестнице.
Мы с Романом тревожно переглянулись.
— Ты знаешь, что это за представление? — прошептал он по-английски.
— Боюсь, что да. Сейчас мы увидим, как Связанного временем или Рождённого временем будут безжалостно пытать. Малик рассказывал мне об этом. Он сказал, что это часть ежегодного мероприятия. Толпа думает, что всё это спектакль, но это не так — боль и страдания будут настоящими.
Роман прорычал сквозь стиснутые зубы:
— Ты ведь понимаешь, что у меня есть вопросы насчёт характера твоих отношений с Маликом?
— С Маликом? Почему? — спросила я, внутренне съёжившись при воспоминании о том, насколько размытыми стали границы между нами.
— Потому что ты принадлежишь мне, а не ему. Надеюсь, наверху я достаточно ясно это продемонстрировал.
Я действительно чувствовала себя безумно, упоительно, восхитительно принадлежащей Роману.
— Тебе не о чем беспокоиться.
Когда мы спустились вниз, охранник ткнул Романа остриём меча в спину.
Роман поморщился.
— Мы делаем, что нам велено, — прошипел он охраннику.
— Просто убеждаюсь. Поворачивайте направо и идите к толпе в дальней части дома. Сцена находится в самом большом бальном зале. — Охранник махнул мечом, указывая направление.
— Уже идём. Ни за что на свете не пропустили бы, — с издёвкой сказал Роман.
Я посмотрела на его спину.
Сквозь дублет проступала кровь.
Роман поймал мой взгляд.