Щель стала шире. Я увидел белую ткань.
Светлые волосы. Неподвижную руку возле почерневших костей старого герцога.
— Ещё! — приказал я.
Люди навалились одновременно.
Крышка сорвалась с основания и рухнула на пол. Камень раскололся, но я уже не смотрел на него.
Эльсвита лежала внутри.
Отец действительно приготовил саркофаг для двоих. Его высохшее тело занимало одну половину. Эльсвита была втиснута рядом, прижата плечом к погребальному костюму. На её шее темнели следы пальцев, губы посинели, закрытые глаза казались запавшими.
Я нагнулся и попытался поднять её. Изувеченная рука не выдержала. Пальцы разжались, кровь хлынула сильнее.
Капитан молча подхватил Эльсвиту под плечи. Я просунул здоровую руку под её колени, и вместе мы вытащили её из гробницы.
Она была ещё тёплой.
Я опустился на пол и прижал ухо к её груди. Не услышал ничего.
Ни вдоха. Ни слабого движения. Ни сердца, которое несколько минут назад билось под моей ладонью.
Я нашёл Эльсвиту. Но она больше не дышала.
Глава 130
Глава 130
Первой вернулась боль.
Она ударила в грудь, разошлась по рёбрам и вспыхнула в горле. Мне показалось, что на меня снова опустили каменную крышку. Только теперь саркофаг сдавливал изнутри, выталкивая из тела последние остатки воздуха.
Кто-то прижимал ладонь к моей груди.
Надавливал. Отпускал. Снова надавливал.
Хотелось потребовать, чтобы меня оставили в покое. Я больше не могла бороться. Не хотела возвращаться туда, где опять будут темнота, старый герцог и бесконечная необходимость доказывать, что я не сошла с ума.
Но сквозь гул пробился знакомый голос.
— Дыши, Эльсвита, — требовал Ассер, и каждое слово дрожало от едва сдерживаемого ужаса. — Ты слышишь меня? Дыши!
Я слышала.
Просто не могла выполнить приказ.
Грудь не поднималась. Горло сжалось, во рту появился вкус каменной пыли, а тело казалось тяжёлым и чужим.
Тёплые пальцы коснулись моего лица. Большая ладонь легла на затылок, приподнимая голову.
Потом чужое дыхание ворвалось в рот. Воздух обжёг лёгкие.
Тело выгнулось, пытаясь вытолкнуть его обратно. Сердце ударило один раз. Слабо, болезненно.
И снова замерло.
— Ещё раз, — потребовал пожилой мужчина, находившийся где-то рядом. — Ваша светлость, продолжайте. Я чувствую слабый отклик.