И звала. Меня.
— Разрушьте связь, — произнёс я, разжимая пальцы. — Сейчас.
— Для этого необходимо распутать заклинание, — объяснил маг, вытирая кровь со щеки. — Мы должны определить, как именно душа вашего отца связана с перстнем. Если начать вслепую, можно наделать дел… И усугубить ситуацию…
Я посмотрел на саркофаг.
— Начинайте.
Маг не пошевелился.
— Потребуется несколько часов, — прошептал он.
Внутри стало очень тихо.
Больше не было ни ударов, ни царапанья.
Я подошёл к молодому артефактору и открыл его чемоданчик. Между серебряными пластинами лежал ритуальный нож. Небольшой, изогнутый, покрытый рунами.
Тот самый, чью магию маги пытались использовать для снятия перстня. Я взял его левой рукой.
— Этот нож разрежет кость дракона? — спросил я, рассматривая тонкое лезвие.
Пожилой маг побледнел ещё сильнее.
— Ваша светлость, не торопитесь. Я уверен, что есть возможности снять кольцо и… — спешно пролепетал он, понимая, что я задумал.
— Разрежет? — повторил я, поворачивая нож.
Руны на лезвии вспыхнули красным.
— Он создан для рассечения магических связей, — выговорил мужчина. — Поэтому сможет пройти сквозь изменённую кость. Но если проклятие проникло так глубоко, мы не сумеем восстановить палец.
— Значит, восстанавливать не будете, — произнёс я, стиснув зубы.
Маг бросился ко мне. Я посмотрел ему в лицо. Он остановился сам.
— От потери крови вы можете лишиться сознания, — предупредил мужчина. — Или не закончить начатое… Я… я не знаю порога вашей болевой чувствительности…
— Тогда перевяжете как можно быстрее и приведёте меня в чувство, — ответил я и опустился возле саркофага. — Для этого вас сюда и позвали. Но главное — сдвиньте крышку! Бросьте меня — сдвигайте крышку.
Я положил правую ладонь на фамильный герб, выгравированный на тяжёлом мраморе.
Каменный дракон расправлял крылья под моими пальцами. На этом изображении я вырос. Отец показывал его мне ещё ребёнком и говорил, что кровь Вельтеров важнее любви, долга и чужой жизни.
Я верил. Слишком долго верил каждому его слову.
Перстень вспыхнул.
Холод собрался возле саркофага. Пламя светильников вытянулось синими иглами, а воздух наполнил запах туберозы.
Прозрачная фигура проступила возле гробницы. Отец появился в погребальном костюме. Его лицо больше не казалось спокойным. Жёлтые глаза горели ненавистью, губы обнажили зубы.
Капитан отшатнулся и выхватил меч. Молодой артефактор зажал рот ладонью.
Теперь его видели все.
— Ассер, — произнёс отец тем голосом, которым когда-то приказывал мне выпрямить спину. — Положи нож.