— Узнаю.
— Ты даже не почувствовал его присутствия, когда он стоял возле тебя! Как ты собрался с ним сражаться! — не выдержала она, пряча лицо в руках, чтобы отдышаться.
Я стиснул зубы.
Каждое слово было правдой.
— Зато ты будешь в безопасности, — произнёс я, поднимая руку с перстнем. — Мы пока не знаем, как далеко он способен отходить от поместья. Не знаем, связан он с кольцом или нет. Не знаем, может ли появиться в столице. Но в одном я почти уверен: пока ты находишься рядом со мной, рядом с тобой находится он.
Эльсвита посмотрела на жёлтый камень. На мгновение в её глазах мелькнул страх. Я ухватился за него.
— Ты единственный человек, которого отец пытался убить дважды, — продолжил я, подходя ближе. — Гаррет произнёс несколько слов и не прожил после этого получаса. Ты нашла камеру, увидела призрака, рассказала о Мари и собираешься добиться его наказания. Как ты думаешь, кого он выберет следующей?
— Меня, — ответила она тихо. В ее голосе прозвучала устала обреченность.
— Тогда уезжай, — мягко произнес я, чувствуя, как хочу ее обнять. Прямо сейчас. Не смотря ни на что.
— Нет.
Я почувствовал, как под перстнем снова сдавило палец.
— Почему? — спросил я уже не как генерал. — Почему ты продолжаешь оставаться в доме, где тебя пытались убить?
Эльсвита подняла на меня глаза.
— Потому что я не могу оставить тебя с ним, — прошептала Эльсвита, глядя на меня.
Мне показалось, что я ослышался.
— Но это не оправдывает того, что ты сделал со мной, — тут же произнесла она. — Ты сам решил поверить ему. Сам развёлся со мной. Но перстень он надел на тебя. И я не уеду, пока не узнаю, для чего.
Глава 124
Глава 124
Я пожалела о последних словах раньше, чем Ассер успел ответить.
Не потому, что солгала, а потому что увидела, как изменилось его лицо.
Надежда вспыхнула в глазах бывшего мужа мгновенно. Такая отчаянная, почти болезненная, что мне захотелось отступить, забрать признание обратно и напомнить: несколько часов тревоги за него не перечеркнули камеру, обвинения и подписанные документы.
Я всё ещё любила этого мужчину. Именно поэтому рядом с ним было так опасно.
Ассер сделал шаг ко мне, но сразу остановился. Взгляд генерала опустился к моей руке, сжимавшей воротник над синяками, затем вернулся к лицу.
— Я услышал, что ты сказала, — произнёс он после долгой паузы. Голос прозвучал хрипло, но муж не приблизился. — И не стану притворяться, будто это означает больше.
Надежда в его глазах не исчезла. Ассер просто заставил себя спрятать её.
От этого стало ещё больнее.
Если бы он попытался воспользоваться моим признанием, я смогла бы разозлиться. Напомнить, что мы разведены. Что тревога за человека, с которым прожила несколько лет, не означает прощения.
Но Ассер сам произнёс то, что я собиралась сказать.
— Это действительно ничего не меняет, — подтвердила я, чувствуя, как пальцы холодеют на воротнике. — Я остаюсь, но не как твоя жена.
На мгновение его лицо сделалось совершенно неподвижным.