Прижимаю цветы к груди. Сладкий аромат спелых роз почти пьянит.
Запах новой жизни.
Это слишком приятно, для такого формального слова, как «сделка».
Я только что связала себя с опасным человеком.
И самое страшное — мне это не противно. И даже… Даже необходимо.
— Спасибо, — вдохнув ещё раз аромат роз, опускаю букет и добавляю: — Но у меня есть условия.
Гаспар с интересом наклоняет голову.
— По вопросу твоего лечения. Я хочу этим заняться. Взять в свои руки полностью. Ты расскажешь мне всё?
Глава 21
Глава 21
Гаспар долго глядит на меня.
Ну же, ты со мной спал. Я имею право знать твою историю, — мысленно проговариваю я, не отводя взора и прижимая цветы к груди.
Он склоняет голову набок и чуть заметно кивает, словно решился.
— Ты сильная Николь. Целительница, — подчёркивает слово. — Ты должна это знать, — он смотрит на меня. Взгляд его спокойный. Очень спокойный. — Я неизлечимо болен. Паралич скоро доберётся до сердца, потом до мозга. В крови — яд демонов.
По спине пробегает леденящий холод. Я шире распахиваю глаза, а букет опускается сам.
Когда Гаспар был в лихорадке, я не исследовала его кровь. Увидела, что спина сломана и не стала проводить полные проверки… Я видела это на войне. Яд демонов выжигает дракона за часы. Потом — добивает тело.
Выживших не бывает.
— Яд выжег дракона. Звериная регенерация перестала работать, — произносит Гаспар глухим голосом.
В горле пересыхает от его слов. Я сглатываю.
— Я поняла. Я проверю твою кровь. Сама, — говорю я.
— Николь, — произносит Гаспар. — У меня было много целителей. Они уже искали. И нашли только один вариант лечения — нужен новый образец совместимой для меня крови от прямого родственника. Родители, братья или сёстры, дети. У меня — уже никого нет.
Он тяжело вздыхает и сжимает пальцами подлокотники.
— Если передумала идти за меня — скажи сейчас.
— Я не боюсь яда, Гаспар. Ты меня плохо знаешь, — отвечаю я.
Откладываю букет в сторону и тянусь к целительскому чемоданчику — мне нужен артефакт, способный выявить яд в крови. Я хочу проверить всё сама.
— Кто с тобой работал из целителей? Я могу с кем-то поговорить? — произношу, доставая кристалл.
— Гидеон Риммер. Мой целитель, — глухо произносит Гаспар, наблюдая за моими действиями.
— Магистр Риммер, сейчас он министр целительной магии, — изумляюсь я.
Я читала его книги, когда училась целебному искусству. Знания и опыт этого человека не оставляют сомнений в компетенции.
— А он знает, что ты применяешь зелья с чёрной магией? — прищуриваюсь я.