По нутру прокатывается болезненная волна — Гаспару никто не в силах помочь.
Мой муж лишь усмехается — коротко, хищно — и переводит взгляд на меня.
Цепкий. Уверенный. Непоколебимый.
Неторопливо спускается со ступеней крыльца, будто он здесь хозяин.
И движется прямо на меня.
— Ну, привет, Николь.
На Бекфорде безупречный мундир, эполеты сияют солнце, на руках — кожаные перчатки, и в пальцах лениво покачивается плеть.
Он улыбается.
И от этой улыбки внутри всё сжимается в тугой узел.
Нашёл. Настиг. Настоящий хищник.
«Вот и попалась, Николь. Тебе от меня не уйти», — говорит его взгляд.
Внутри поднимает холод.
Сначала сковывает пальцы. Потом плечи. Горло.
Я не двигаюсь.
Медленно возвращаю себе контроль.
Выпрямляю спину. Делаю ровный вдох и направляю спокойный взгляд на Сола.
— Здравствуй, Сол, — отвечаю я.
Он не увидит, как мне страшно.
И никто не увидит.
Когда между мной и мужем остаётся всего пара шагов, Гаспар вдруг выезжает вперёд.
Прямо между нами.
На своём кресле он полностью перекрывает путь — так, что обойти его значит замешкаться, потерять лицо.
Ломается картина, в которой Сол приходит, берёт своё и уходит победителем.
Возникает преграда.
У меня появился защитник.
Сол опускает взгляд. Медленно. Оценивает.
И его губы растягиваются шире.
— Ну надо же, — говорит он почти весело. — Какая встреча. Как ты поживаешь, дружище? Где ты встретил мою жену? — кивает на меня, как на вещицу.
«Дружище».
Значит, я не ошиблась.