И страшное, почти звериное желание немедленно сорваться с места.
Я вижу это.
Вижу, как напрягаются его плечи.
Как он почти подаётся вперёд.
Если бы мог ходить — уже бы вскочил.
Но через секунду Гаспар стискивает зубы, бросает взгляд за окно, словно вспоминает, что у него обязательства: контракт, рудники.
Он не может всё бросить.
— Я поеду и поговорю с ним, — произношу тихо. — Выясню, почему он молчит.
— Нет.
Ответ вылетает слишком резко.
— Нет, Николь.
Гаспар смотрит на меня так, словно сама мысль отпустить меня сейчас — невыносима.
Взгляд сам опускается к моему животу.
Ещё совсем незаметному.
— Я не отпущу тебя. Нет.
Он резко переводит взгляд на Метса.
— Георг. Ты знаешь моего сына. Поезжай ты. Лично. Поговори с ним. Выясни, что произошло. Почему он молчал столько лет.
Метс коротко кивает.
Я медленно произношу:
— Он мог быть тяжело ранен. Потерять память.
Лицо Гаспара болезненно дёргается.
Да.
Он тоже уже подумал об этом.
— Выясни всё осторожно, Георг, — тихо говорит он.
— Хорошо. Но сперва мне нужно организовать охрану резиденции и дать распоряжения солдатам. На замену себе оставлю капитана Кертиса.
Метс бросает взгляд на часы.
— Думаю, до ночи управлюсь.
Гаспар кивает.
— Кертис справится.
После этого разговор словно резко обрывается.