А ведь похоже в этой реальности, курсанты Подольского военного училища не будут брошены на передовую, так и не закончив курс своего обучения. Тем самым мне по сути удалось спасти для Красной Армии будущие командные кадры, которых сейчас так не хватает. В той реальности в которой я прожил свою первую жизнь, другого выхода не оставалось. После молниеносного прорыва немцами нашего фронта, надо было самым срочным образом прикрыть Можайскую линию хоть кем — то. Поэтому в ход пошли и курсанты военных училищ и слушатели Военной Академии. А здесь такого развития событий похоже удалось избежать. Не самый конечно целесообразный способ использования будущих командных кадров, но бывают такие ситуации, которые заставляют забыть обо всякой целесообразности. Теперь же на Можайскую линию во — первых, отходят избежавшие окружения войска Западного фронта, а во — вторых, на неё перебрасываются части из внутренних округов.
Под Можайском на дороге стало чуть посвободнее. По обе стороны от дороги то тут и там виднелись гражданские, копавшие окопы под руководством сапёров. Тысячи москвичей мобилизованные в эту осень на трудовой фронт, копали окопы, противотанковые рвы, возводили огневые точки, в общем всё то, что должно было остановить немцев, если они сумеют прорваться сюда.
Наконец — то удалось добраться до штаба фронта. Выскочив из машины я сразу же направился к Соколовскому.
— Ну, что, Василий Данилович, чем порадуешь? — спросил я его.
— Порадовать тебя, Иван Степанович, нечем. Митьково и Каменец захвачены противником. От Угры немцы уже подошли почти к самой Вязьме. Группа Рокоссовского вступила в бой. Рано утром немецкая авиация бомбила Вязьму очень крупными силами. Город горит.
— Каменец говоришь захвачен? Чёрт похоже, что фрицы нацелились на Новодугинскую. Оттуда им до Сычёвки рукой подать. А от Сычёвки они могут запросто ударить вразрез между Ржевом и Калининым. Прямо на Зубцов. А, что под Юхновым?
— Пока более или менее стабильно. Дивизия Полосухина получила усиление двумя полками АРВГК.
— Полки прибыли?
— Да уже прибыли. Товарищ командующий, вам звонил маршал Шапошников. Просил срочно перезвонить.
— Хорошо. Сейчас же перезвоню.
Я подошёл в телефону ВЧ — связи и поднял трубку.
Шапошников был на своём рабочем месте. Поздоровавшись со мной он сказал:
— Товарищ Конев, Ставка приняла решение о создании самостоятельного Калининского фронта.
— Командующим, назначен Масленников?
— Совершенно верно. Командующим новым фронтом назначен генерал — лейтенант Масленников. В связи с этим он освобождается от должности вашего заместителя.
Эх Лукина нет! Вот кто бы подошёл на новую должность! Но, что же Масленников тоже вроде бы не плохо показал себя в годы войны. Так, что Масленников, так Масленников. В любом случае создание самостоятельно Калининского фронта лично для меня и моего штаба, в конечном итоге означало большое облегчение. Всё — таки это было довольно удалённое направление.
— Иван Степанович слышали вчерашнюю вечернюю сводку Совинформбюро? — поинтересовался у меня Соколовский.
— Да конечно, Василий Данилович.
— Получается, что в Москве оценивают обстановку, сложившуюся на нашем фронте, как крайне серьёзную, раз решились выпустить такую сводку.
— А она и есть серьёзная. Вы же сами видите это. Серьёзная, но не безнадёжная. Конечно большую часть резервов мы уже пустили в дело, но время выиграли. Окружить наши войска немцам не удалось. Теперь остался заключительный этап, завершить отход частей Западного фронта на Можайскую линию обороны. Хотя немцам и удалось вновь захватить значительную территорию, главного они не добились. Окружить и разгромить Западный фронт. А так несмотря на сложившуюся бесспорно сложную ситуацию, управление войсками не потеряно, отход совершается согласно намеченным планам так, что как ни крути, а успех всё же на нашей стороне!
Юхнов горел после очередного массированного налёта немецкой авиации. Над городом стояло огромное облако чёрного дыма, которое было видно за много километров от него.
Полковник Полосухин говорил в телефонную трубку:
— Немцы жмут? Знаю, что жмут. Я говорю знаю, что жмут. И,что с того? У тебя какой приказ? Правильно, стоять насмерть. Сил нет? А у меня нет для тебя подкреплений. Перешерсти свои тылы, всех кого возможно в бой! Пошли людей по лесам. Тут по лесам много народа шляется. Кто от своей части отстал, кто её разыскивает, кто подумывает в бега податься. Вот таких собирай. Формируй из них роты и сразу в бой! Понял меня? И стоять, стоять как вкопанному! Если немцы прорвутся в Юхнов пойдёшь под трибунал. Что? Под трибунал говорю пойдешь. Ясно? Ну раз ясно то выполняй.
Завершив разговор и положив трубку Полосухин обратился к своему начальнику штаба:
— Ситуация в самом деле аховая. Сто тринадцатый полк еле держится. Немцы сегодня с утра прямо осатанели. Прут и прут. Неровен час они и в самом деле прорвутся в Юхнов. Съездить, что ли в сто тринадцатый и разобраться на месте?
В этот момент в блиндаж вошёл незнакомый капитан.
— Товарищ полковник, капитан Нефёдов командир батареи РС прибыл в ваше расположение согласно приказа командующего фронтом.
Почти сразу зазвонил телефон, и Полосухин рывком поднял трубку.
— Полковник Полосухин. Здравия желаю, товарищ командующий фронтом. Да прибыл. Спасибо за помощь. Обстановка очень сложная. Немцы рвутся к Юхнову, а с резервами у меня дела обстоят неважно. Понял. До свидания.
Положив трубку Полосухин повернулся к Нефёдову.