Инициум. Том I: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— А нам с тобой пора пройтись, потому что я хочу показать тебе то, ради чего затеял этот долгий разговор. Вставай, если нога способна удерживать вес тела. Сейчас медицинские швы должны выдержать лёгкую прогулку, вот только бегать все ещё не советую.

Ирис осторожно спустила ноги с кушетки. Влажный металлический пол холодил босые ступни, а после первого пробного шага под кожей на левой голени натянулись те самые медицинские нити, удерживающие раздробленную кость в нужном положении. Боль пришла сразу, глухая и вязкая, но благодаря отдыху и препаратам, её получалось притуплять достаточно, чтобы идти. Опираясь ладонью о стену, девушка последовала за широкой спиной Имперца, который даже не обернулся проверить, идёт ли она следом.

Их путь пролегал через растерзанные галереи жилого и технического секторов умершего линкора. Когда-то это судно было настоящим монстром, летающим городом, способным выдерживать огонь целых небольших эскадр, а теперь напоминало лишь гигантский склеп, где среди металла медленно прорастала чужеродная жизнь.

Под ногами то и дело хрустели осыпавшиеся пластины композитной брони, переплетённые узловатыми корнями. Кое-где стены были вспороты ударами враждебных орудий, оставив на металле остекленевшие чёрные потёки, а из открытых щитов свисали гроздья мёртвых кабелей, на которых теперь паразитировали мелкие светящиеся грибы.

Воздух становился тем влажнее и тяжелее, чем дальше они спускались. В какой-то момент все пространство заполонил отчетливый аромат смазочных материалов и сырой земли. Через редкие уцелевшие обзорные зоны и рваные дыры в обшивке Ирис видела, как два биома ведут безмолвную войну за труп корабля. С одной стороны в проломы заглядывали сухие золотистые стебли саванны, когда с другой настойчиво ломились сочные листья тропических исполинов, покрытые ядовитыми шипами.

— Когда-то давным-давно мой корабль назывался «Столп Империи». Он шел во главе третьей ударной армады, разгромившей Таронцев у звезды Ольта. — тихо произнёс мужчина, нарушая затянувшееся молчание, и его голос в пустых стенах звучал непривычно мягко.

— Ольта? Неужели… — Ирис сбилась с шага и едва не наступила всей массой на повреждённую ногу. — Этого просто не может быть… Вы…

— Ты меня знаешь? — Первый остановился и посмотрел через плечо. Пальцы его правой руки медленно сжались от неожиданности, однако больше мужчина ничем себя не выдал.

— К-конечно… — продолжала удивленная девушка. — Вы ве-едь Астерион…

— Интересно… конечно. — остановился мужчина. — Это ведь было так давно, неужто до сих пор судачат?

— Нет, не совсем… — продолжала девушка, следуя за Первым. — То самое сражение, его часто разбирают как и в рамках истории, так и с тактической стороны… одни говорят, что вы допустили много ошибок, из-за чего одержали бессмысленную победу. — осеклась Ирис, понимая, что могла только что подписать себе приговор.

— Ха-ха! — взорвался смехом Астерион. — Вот оно как, ну-ну! Конечно, этим гилкам виднее, они же тоже там были и дрались с Таронцами насмерть, защищая пузырь! — продолжил распаляться мужчина. — Нас взяли на абордаж. — заговорил он после короткой паузы. — За звездой, прикрываясь излучением, скопился вчетверо превосходящий флот. Мы бились долго, очень долго, но каким бы я был командиром, если бы отдал флагман врагу? Да, к тому же их предводители сами участвовали в штурме, глупцы. Поэтому пришлось направить выживший корабль в нестабильный разлом, появившийся от чрезмерного использования пси-резонаторов. — сейчас фигура мужчины казалась несколько осунувшейся, но спустя миг, он вновь расправил плечи и добавил. — Рассчитывал, что нас разорвёт вместе со всеми, кто успел войти на борт.

Он перешагнул через широкий провал и протянул Ирис руку. Девушка немного помедлила, всё ещё не привыкнув к тому, насколько легко этот старик мог переломить её пополам, но всё же оперлась на широкую ладонь. Первый перетащил её на другую сторону совсем не прилагая усилий.

— Разлом выбросил нас уже внутри атмосферы, а такая махина… Мы просто не успели восстановить управление, так что корабль вошёл в горный хребет на малому ходу. Большая часть экипажа погибла сразу, остальные продержались дольше, правда, мы продолжали биться с захватчиками. В итоге кто-то умер от ран, кто-то прожил ещё десятки циклов, а потом я остался один.

В пустом коридоре эти слова прозвучали особенно тяжело. За одной из переборок лежал раздавленный шлем, возле другой из-под белого мха торчал край почерневшей пластины брони, и теперь корабль окончательно перестал казаться убежищем.

Он был кладбищем.

— А как же вы? Почему выжили? — спросила Ирис, припадая на левую ногу, но стараясь не отставать от его широкого шага.

Мужчина остановился перед покосившейся дверью, на которой всё ещё слабо бликовал красный символ блокировки. Он повернулся к наёмнице, и в его глазах отразился холодный росчерк энергии.

— Скажем так, это заслуги моего собственного Аспекта, развитого ещё давным-давно. — покачал головой тот. — К тому же после появились Бг’лорги. Эти маленькие ребята помогали совсем не сойти с ума. Я же защищал их от крупных хищников и иногда уничтожаю тех, кто все ж таки сошел с ума. Но даже так мои силы не вечны. Каждый день я трачу больше, чем могу восполнить.

Он приложил огромную ладонь к сенсорной панели, которая ещё работала, запитанная откуда-то снизу. И древний механизм внутри шлюза тяжело провернулся, выпуская струю воздуха в сторону, после чего гермодверь медленно поползла, открывая проход в просторный полутёмный сегмент, когда-то служивший исследовательской лабораторией.

Ирис сделала шаг за порог и тут же замерла, судорожно вцепившись пальцами в край дверного проёма. Помещение было огромным и круглым, с высоким куполообразным потолком, сквозь трещины в котором можно было увидеть следующие ярусы и слабые лучи света. А вот в самом центре зала, на массивной вертикальной станине из тёмного сплава, висел Алекс.

Его руки были разведены в стороны и намертво зафиксированы тяжёлыми магнитными зажимами. Толстые цепи из блокирующего сплава уходили к несущим балкам, такие же крепления удерживали лодыжки и пояс, полностью лишая возможности пошевелиться. Голова бессильно опустилась на грудь, светлые волосы слиплись от крови, пота и грязи, поэтому в полумраке казались почти серыми, а кожа приобрела мертвенный оттенок.

Но сильнее всего взгляд притягивал левый бок, чуть ниже сердца. Металлического тубуса там больше не было, вместо него осталась глубокая рваная рана с обожжёнными краями. Кровь давно запеклась на порванной одежде и удерживающих ремнях, а ткани вокруг отверстия запечатали такие же медицинские нити.

Сам цилиндр, сделанный Кузнецами, лежал неподалёку на специальной стойке, опутанный тонкими диагностическими кабелями. Синие индикаторы то загорались, то гасли, а внутри металла временами проходила слабая дрожь. Ирис не могла понять, что это было, однако от каждого взгляда на устройство внутри всё сжималось.

— Алекс, к-командир! — позабыв об осторожности, сломанной ноге и присутствии опасного представителя Империи, Ирис рванулась вперёд, протягивая руки к висящему на цепях человеку.

Но она не успела сделать и двух шагов. Тяжёлая, твёрдая как стальная плита ладонь легла на плечо и остановила девушку с такой лёгкостью, словно та весила не больше его плаща.

— Стоять. — в голосе Первого прозвучал металл, не терпящий возражений. — Не смей приближаться к нему, если тебе всё ещё дорога жизнь.

— Пустите меня, ему же надо оказать помощь! Что вы с ним сделали и зачем заковали⁈ — Ирис яростно задёргалась в железном захвате, сама не понимая, почему вообще хочет помочь этому примитиву. А её серебристая кожа пошла яркими синими пятнами от гнева и бессилия. — Он спас меня, я обязана ему помочь!

— Я этого и не говорил. — спокойно ответил мужчина, не ослабляя хватки. — Я извлёк устройство. Интересная разработка, её обсудим потом, но оно так тянуло энергию, что ещё немного, и спасать было бы уже нечего. Заковать его пришлось потому, что разум сейчас почти не отвечает, вместо него там одни инстинкты.

Ирис мгновенно затихла, когда воспоминание о поляне, чёрных глазах без единой искры узнавания и пальцах, сжимавших её горло, ледяным душем пролилось на гнев. Она помнила и другое, ту холодную волну чистой силы, которая одним приказом отключила тело, не оставив даже возможности сопротивляться.