– Хорошо, – медленно кивнула Мика. – Спасибо.
– Что ж, тогда увидимся в классе, – кивнула профессор Марипоза с улыбкой.
И засим удалилась по коридору под руку со своей корзинкой.
Мике не впервой было оказаться в кабинете директора. Обыкновенно в каждой новой школе она попадала туда дважды. Сначала в первый день знакомства и направления в класс, когда очередной директор ещё пребывал в блаженном неведении о её необычной способности создавать аварийные ситуации и верил, что любые слухи о Мике – не более чем слухи, ничего такого, с чем не справится опытный педагог. А потом в день исключения, перед тем, как тётушка Хелен приедет её забирать – и тогда директор становится похожим на медузу Горгону, как будто попал к безумному парикмахеру.
Но директриса Зара оказалась совершенно другим персонажем.
Она напряжённо припала к хрустальному шару на своём рабочем столе и не отрывалась от него ни на секунду. Рядом стояла позабытая чашка чая с бежевым ободком, в тон её шарфу.
Мика покосилась на туалетную комнату, в которой провела ночь накануне, и стала теребить края своего золотого передника. Это происходит снова? Её сейчас исключат? Её судьба висела на волоске. Или хуже того…
– Простите! – начала она. – Пожалуйста, не Глотайте мой фамильный рецепт! Он даже не стоит того…
Директриса подняла палец, требуя ещё тишины, и Мика так и не закончила фразу. Одним резким движением директриса опрокинула чашку в рот, затем поднесла руку к песочным часам, висевшим у неё на шее, и перевернула. Песчинки тут же посыпались вниз.
– Так-то лучше, – директриса подняла взгляд, и алые от помады губы сложились в улыбку. Затем она пощёлкала наманикюренным ноготком по чаше, и та наполнилась до краёв свежим напитком. – Во-первых, точным термином будет заимствование, а не это нелепое Глотание, или какое там смешное детское прозвище вы успели придумать. Я наделена редким и часто обременительным даром временно заимствовать рецепты – или была наделена… В мире волшебства может быть лишь одна ведьма-занимашка, и на сегодняшний день это, определённо, не я. Но с этого чайника лучше не снимать крышку, – добавила она и подмигнула. – Я предпочитаю, чтобы враги держались от меня подальше.
«Может быть лишь одна ведьма ведьма-занимашка». Директриса поправила свой шарф на голове – безупречную пару с простой бежевой туникой. Простой, но элегантной. Даже без дара Глотать.
– А во-вторых, – продолжала она, – я впечатлена. Не каждому дано вот так ошарашить профессора Аклхака.
У Мики отвисла челюсть.
– Представляешь, когда-то он явился в эту школу юным начинающим колдуном, – директриса в задумчивости поднесла палец к губам. – Такое впечатление, что только вчера он сидел на той самой парте, принимая на себя вину за то безобразие, которое учиняла его подруга… – она умолкла, смешно задрав брови домиком.
Мика тоже задумалась, немного растерявшись. Неужели директриса ничего не знает о профессоре Аклхаке? Как там сказала профессор Марипоза? «Кто знает? Может, это было просто ужасное совпадение».
– Ты напугана? – заметила директриса. – Скажи, почему?
Мика прикусила губу.
– Этот профессор Аклхак, – начала она, – я слышала, он может быть немного… опасным?
– Опасным? – веки директрисы сморщились, как свежий чайный пакетик. – Дорогая моя, я бы доверила профессору Аклхаку свою жизнь. Да что там – я бы доверила ему свой фамильный рецепт!
Мика с облегчением перевела дух. Может, профессор Марипоза всё-таки ошиблась. И тем не менее он явно не станет кандидатом на включение в список её любимых преподавателей.
– Тем не менее, если до тебя дошли такие тревожные слухи, я непременно разберусь. Не сомневайся, для меня нет более серьёзного вопроса, чем безопасность учеников, – она умолкла и выпрямилась в кресле, как перед началом этого трудного разговора. – А теперь вернёмся к главной теме нашей встречи.
Мика напряглась. Начинается! Сейчас это случится. Неизбежное последствие очередной чайнастрофы. Неловкими пальцами она ухватилась за завязки передника, собираясь его снять.
– Скажи мне, как ты себя чувствуешь на новом месте? – спросила директриса. – Похоже, у тебя возникло что-то вроде семейной вражды с кем-то из учеников, недавно принятых в академию Маргариты. Это может мешать учёбе.
Мика опять застыла с открытым ртом. Постойте, её что, не выгоняют? Она встряхнула головой и туго затянула на талии передник.
– Вы говорите об Эмери, – кивнула Мика, стараясь не испытывать неловкость. – Она та ещё штучка. Она считает себя лучше всех, и я думаю, что это она испортила мой чай!
– Ай, как нехорошо, – директриса прищёлкнула языком. – Это серьёзная проблема. Ты бы хотела, чтобы я перевела тебя в другой класс? Чтобы больше не сталкиваться с ней, – тут она лукаво улыбнулась и добавила: – А ещё мы можем вообще отослать её в другую школу!
Мика невольно охнула. Директриса сказала именно то, что Мика услышала? Никогда не встречаться с Эмери? Вот так просто избавиться от необходимости с ней соревноваться? Она уже представляла себе, как Эмери узнаёт новость и катит свой чемодан в горошек по длинным коридорам наружу, к парадному входу. Но вместо того, чтобы радоваться победе, Мика загрустила. Как будто глоток чая встал поперёк горла.
Тем временем песчинки в часах образовали на дне капсулы острую горку, и она вроде бы даже увидела, как несколько песчинок закружились в танце, словно их подхватил порыв ветра. Мика засмотрелась на них, едва дыша.
– Нет, не нужно.
Как бы ей ни хотелось одолеть Эмери, как бы ни хотелось приготовить чай лучше, чем у неё, это было бы неправильно. Слишком лёгкий выход.
Конец ознакомительного фрагмента.