Все любят Маргариту, но она мертва: читать начало книги онлайн

– Джейк, я не собираюсь говорить «Джейн».

– Ладно. – Джейк потянулся к ней, не задумываясь, притянул ее к себе и обнял. Уткнулся лицом в ее волосы.

– Ты смешной, – сказала она.

Джейк отпустил ее и сделал шаг назад. На лице Маргариты играла полуулыбка, глаза ее блестели уже более лукаво, и он обрадовался, что они так быстро прошли трудный момент.

– Я знаю. – Он пожал плечами. – Тебя это раздражает?

– Не раздражает.

– Тебе нравится. Я же чувствую. – Джейк посмотрел в небо и прищурился, хотя солнце было не такое уж яркое.

Это свидание очень отличалось от их первого. И от того, что он ожидал. Очень отличалось от свиданий с другими женщинами, когда они напивались, чтобы создать искусственную приязнь. Но теперь, стоя с Маргаритой у Темзы, Джейк чувствовал в себе страх и завороженный интерес, и его это интриговало. Он мог бы вечно вот так стоять рядом с ней, если она ему позволит, вечно распутывать ее мысли, пытаться заставить ее улыбаться и делиться с ним секретами. Он легко мог себе представить разные мгновения их с ней общего будущего – в очереди в аэропорту, на песчаном пляже, на похоронах, в горах, в палатке под миллионом звезд.

– Знаешь что? – сказал Джейк через минуту, разобравшись с собственными мыслями. – Мне все равно, кем ты работаешь. – Он даст ей столько времени, сколько ей понадобится, чтобы открыться ему. – Я приму твою скрытность. Или, по крайней мере, постараюсь ее принять. И если тебя это утешит, хотя на работе я достиг успеха, моя личная жизнь… – Джейк присвистнул и покачал головой. – Мне-то уж точно не удалось стать человеком, которым я должен был стать, – сказал он, повторяя ее слова.

– Очень много кто разводится, Джейк. – Она поправила волосы на плече, и они свернулись в локон, будто их кто-то накрутил на палец.

Когда Джейк репетировал перед зеркалом свои монологи, они обычно служили ответом именно на такую ситуацию: необходимость оправдаться перед человеком, который ему очень нравится.

– Ну, наверное, хорошие люди иногда поступают плохо… – начал он, но не сумел закончить, потому что, когда он произнес это вслух здесь, сейчас и перед ней, фраза прозвучала банально и глупо. – Я вот что хочу сказать, ну… Я ей изменил. – Это был его главный секрет и главный повод для стыда. – Один раз. Я всегда буду жалеть об этом. И хотя я изменил, я не хочу быть изменщиком. Понимаешь, о чем я? Я плохо поступил, но все было сложно. Моя бывшая бывает холодной и, честно говоря, очень недоброй. И когда коллега стала проявлять ко мне внимание…

– Все совершают ошибки, – она покачала головой, будто вспоминая о собственных проступках. – Но я вот что скажу – даже если твоя бывшая была трудная, да какая угодно, не вини ее за собственную измену.

– Я и не виню… – Джейк ощутил в животе что-то кислое и жгучее, что-то вроде гнева. Или боли. Он сглотнул и потер горло. – Я же только что сказал, что это была ужасная ошибка и я всю жизнь буду о ней жалеть. Но теперь, вспоминая о прошлом, я гадаю – может, у Зои было что-то послеродовое, потому что она действительно…

– Я не хочу знать, Джейк.

Джейк скрестил руки на груди и качнулся с носков на пятки.

– Понял. Ну хорошо… – Он неспешно повернулся вокруг себя, чтобы собраться с мыслями, но избавиться от раздражения не удавалось. – Если я не могу рассказать тебе о себе и мне нельзя задавать тебе вопросы, о чем будем разговаривать? О погоде? Ладно, – он демонстративно посмотрел в небо, – сегодня ветрено.

– Я совсем не это имела в виду, – сказала Маргарита. – Просто я замкнутый человек и не спешу рассказывать о себе, и точно так же мне нет нужды и желания немедленно узнать все о твоей личной жизни или прошлом.

Между ними со свистом пролетел ветер, и она застегнула пуговицы пальто до самого верха. Наверное, у Джейка был обиженный вид, потому что потом она добавила, что ей очень жаль.

– Это не значит, что я не хочу, чтобы мы узнали друг друга получше. Наверное, я просто не хочу торопиться.

– Хорошо, я понял, учту, – согласился Джейк, чувствуя, что он правда понял. Теперь он стоял очень близко к ней, глядя ей в глаза. Никогда он не видел глаз настолько светлых и настолько полных облаков. Под одним глазом тушь слегка размазалась. – Обещаю не засыпать тебя бесконечными вопросами, просто хочу убедиться, что у тебя все хорошо, – сказал он. – Ты счастлива?

Вопрос был глупый – счастье слишком широкое понятие со слишком субъективным определением. Но, глядя на то, как она прикусила губу, Джейк понял, что задал его именно потому, что чувствовал, как она грустит.

– Прямо сейчас, в этот момент, – она указала на землю, – да, счастлива. А ты?

– Счастлив ли я? Ну да, конечно! – Хотя, как только Джейк это сказал, он испугался, что счастье закончится. – Но немного боюсь, наверное.

– Правда? – спросила она. – И чего же?

– Я много чего боюсь. – У него сразу встало перед глазами лицо его мальчика. – Ну… я боюсь, что уже подвел сына. Что скоро бывшая расскажет Билли, что я ее предал. – Джейк посмотрел на берег, на то, как он извивался и загибался, словно тело змеи. – И что ее версия событий настроит Билли против меня. Точно так же, как я временами, в не очень добрые моменты своей жизни, бывал настроен против собственного отца. Эстафета боли, понимаешь? У меня была возможность разорвать этот круг – не просто измен, но и вреда ребенку, а я… – Голос его задрожал. Джейк был так удивлен собственной честностью, что повернулся в другую сторону и сосредоточился на семействе, фотографировавшемся перед переполненным мусорным баком. Он попытался отвлечься на них, чтобы не сталкиваться с мрачной реальностью – с самим собой.

– Нет никакого круга. Это так не работает, – мягко сказала она.

– А по-моему, работает. Тому есть доказательства. – Джейк повернулся к ней и улыбнулся. – Извини. Как-то я непривлекательно выворачиваю душу. Пойдем выпьем.

– Мы все боимся, – сказала она. – По крайней мере, я.

– Чего ты боишься? – спросил Джейк.