– Эм-м. – Джейк издал странный сдавленный звук. Он смотрел на ее рот. Ее губы, ее губы. Ему пришло в голову, что это как раз момент для первого поцелуя.
– С тобой все в порядке?
– Со мной? Все отлично. Нравится, нравится, нравится? – Он почувствовал сквозь собственный бубнеж, что идеальный момент миновал. Но когда они снова выйдут, он ее обнимет, она согнет колено и уцепится ногой за его ногу, как женщина на перроне, приветствующая давно не виденного возлюбленного, а в идеале на ней еще и берет будет.
– Если бы тебе пришлось взять одну домой и оставить себе навсегда, – подсказала она, явно пытаясь помочь, – какую бы ты выбрал?
Джейк повернулся и посмотрел на картину прямо перед собой, потом на следующую, и следующую. Попытался обдумать ее вопрос.
– Из всего, что здесь есть?
– Да, – сказала она. – Из всей выставки. Что бы ты оставил себе навсегда?
– Тебя. – Джейк скрестил руки на груди и посмотрел на нее.
Она рассмеялась так громко, что галерея разлетелась на части, а все картины соскочили со стен и начали мерцать и приплясывать.
– Перестань! – Она легонько толкнула его, и Джейк качнулся назад, а потом, словно метроном, снова вперед, к ней, отказываясь расставаться.
– Нет, я серьезно, – сказал Джейк. – Маргарита, ты меня просто завораживаешь. Я думаю, ты…
Маргарита опустила взгляд.
– Спасибо. – Она снова глянула на него, потом развернулась и пошла через арку в следующий зал.
Джейк трусцой поспешил за ней, потом перешел на шаг, чтобы было меньше похоже на то, что он за ней гонится, но про себя он кричал ее лодыжкам: «Вернись! Давай поцелуемся! Не уходи!»
Выйдя из музея, они встали на набережной, прислонившись к ограде, глядя в разные стороны вдоль Саут-Бэнк. Небо было сплошь затянуто тучами, ветер стал еще сильнее.
– Слушай, – сказал Джейк, снова глянув на нее, – а я ведь даже не знаю, кем ты работаешь.
Благодаря свиданию, чатам и сообщениям у него начал складываться более полный ее образ – он начал понимать ее характер, ее чувство юмора, выяснять, что ей нравилось, но при этом осознавал, что ему не хватало каких-то базовых, существенных фактов.
Она повернулась к нему, опустив подбородок и глядя ему на грудь.
– Давай не будем о работе.
– Почему?
– Может, мне не нравится моя работа.
– Никому не нравится работа, – сказал Джейк, осознавая, что звучит строго, как настоящий папаша.
– А тебе нравится твоя работа? – Она достала из сумки свой берет и надела на голову под очаровательно дерзким углом.
– Я ее обожаю, – признался Джейк, и они оба хохотнули.
– Я знаю, что ты многого достиг. – Она смотрела на реку, а не на него. – Я тебя погуглила.
– Правда? – Джейк попытался не демонстрировать, как ему приятно. – А откуда ты знаешь мою фамилию?
Если Маргарита его погуглила, он ее явно интересует, и это привело его в восторг. И потом, Джейк и сам себя гуглил – он знал, что по результатам поиска и фотографиям он выглядит совсем неплохо.
– Ты что, не знал, что указал в профиле свое полное имя?
– Ой. Не знал. Ну тогда будет только честно, если и ты мне скажешь свою фамилию. Да и телефон, если можно.
Она склонила голову, глядя, как чайки ковыляют по гальке.