Викинги. Мореплаватели, пираты и воины: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Предисловие

Хочу сразу поставить все на свои места: я профессиональный апологет викингов и долго трудился на ниве ревизии темы викингов, а конкретно полем моей деятельности служили правовые аспекты эпохи владычества викингов.

Так называемая «эра викингов» началась около 800 г. от Р.Х. и продолжалась почти три столетия. На страницах истории рассматриваемый период представлен как высокая драма, открывающаяся, как и полагается, с подъема занавеса, переживающая кульминацию в годы сокрушительных рейдов и колонизации разных участков Европы и заканчивающаяся грандиозным сражением на поле боя в Англии. Даты довольно определенные — с 793 по 1066 г. На протяжении всего этого времени военные корреспонденты в лице ученых монахов и клириков точили гусиные перья, чтобы, обмакнув их в яркие чернила, живописать сцены ужаса и кошмара, творимые язычниками. Викингов припечатали клеймом антихристов, безжалостных варваров, грабивших и сжигавших все и вся на своем пути, этаких животных, не привыкших ценить ни своих, ни чужих жизней, способных лишь на уничтожение и разграбление. Зловещими символами их служили молот Тора и ворон Одина, воплощавшие в себе жестокость и отвратительную злобу черных языческих богов.

В действительности же история редко бывает столь односторонней, как представлена она на страницах источников. Что касается викингов, образ их был таков и таким он остался по сей день. Однако это, вне сомнения, не вся правда Сегодня все чаще раздаются более взвешенные мнения, приводятся более полные версии истории (во многом благодаря современной археологии, но и с помощью других научных дисциплин и литературы). В подобных версиях викинги предстают не в столь зловещем свете. Все дело в том, с какой стороны смотреть: больше внимания не набегам, грабежам и ужасу, а торговле, поэзии и искусству, технологиям энергичных людей с севера и позитивному воздействию, оказанному ими на страны, в которые они приходили и в судьбе которых оставили свой неизгладимый след.

Книга «Викинги — мореплаватели, пираты и воины» делится на три богато иллюстрированные части, или три раздела. Отличные фотографии с толковыми пояснениями и историческими экскурсами, информативные материалы — все это не позволяет читателю скучать. Так называемый «научный аппарат» тоже довольно мощный: хронология, библиография и приложение, в котором обозначены основные музеи в Британии и Скандинавии.

Благодаря книге «Викинги — мореплаватели, пираты и воины» читатель может составить несколько иное представление о викингах и посмотреть на них через не замутненный необъективностью кристалл — увидеть истинное лицо викингов. «Так что же представляли собой викинги?» — задается вопросом автор первой части, «История викингов», и рассказывает о том, кем они были и что делали. Если говорить коротко, они представляли собой, если можно так выразиться, разбойников-оппортунистов из Скандинавии — из трех больших скандинавских стран: Дании, Норвегии и Швеции. Как Елизаветинская эпоха в Англии может называться «эрой каперства», так и эра викингов в северных землях — «эрой разбойников», или пиратов.

Если вести речь об общественном статусе викингов, скандинавы представляли собой преимущественно независимых фермеров или рыбаков; купцов или ремесленников; кузнецов или плотников. Они признавали местного вождя, представителя аристократического класса, или ярла, который, в свою очередь, являлся вассалом короля. В самом низу основания социальной пирамиды находились «троллы» (рабы), которые целиком и полностью принадлежали хозяину и, безжалостно эксплуатируемые, гнули на него спину всю жизнь. Работорговля представляла собой весьма прибыльное дело, а потому невольничьи рынки процветали повсюду от Дублина до Константинополя.

По средневековым стандартам представительницы прекрасной половины в эру викингов играли необычайно высокую общественную роль. Их можно назвать отважными женщинами из пограничья, всегда готовыми действовать и почти во всем равными мужчинам. Им принадлежала безраздельная власть в делах семьи и домашнего хозяйства, они обладали правами, пользоваться которыми женщины станут в Европе еще спустя века, а именно право на развод и долю в имуществе. Их было трудно не заметить в полном смысле этого слова.

Часть вторая, «Викинг-херсир», открывается заголовком: «Культура жестокости и насилия». Насилие и жестокость являлись, безусловно, тем товаром, недостатка в котором скандинавы не испытывали. Время от времени данные качества «канализировались» в контролируемые государством русла направленного насилия, по мере того как скандинавские страны одна за другой принимали христианство и вырабатывали имперские военные амбиции. Дания в период правления Свена Вилобородого и его сына Кнута завоевала большую часть Англии и фактически разделила Англию с созданием так называемого «Датского Закона». Швеция проложила себе путь глубоко на территорию Древней Руси, получив власть в таких крупных и богатых городах-государствах, как Новгород и Киев, шведские викинги хаживали по Волге и Днепру, видели земли Азии, появлялись на далеких рынках загадочных и неведомых Персии и Китая.

В третьей части, «Ладьи викингов», прослеживается эволюция мореплавания и судостроения у викингов. Скандинавы показали себя как экстраординарные мореходы. На открытых всем ветрам и стихиям суденышках они избороздили моря и океаны половины света, в сущности, они раздвинули его границы, поскольку забирались дальше на север и на запад, чем какие бы то ни было другие европейцы до них, и основывали колонии на Фарерских островах и в Исландии; они фактически открыли Америку, создали поселения на севере ее и в Гренландии.

Легкие корабли обеспечивали викингам грандиозную тактическую подвижность. Морские сражения являлись по сути своей просто продолжением сухопутных битв: эскадры связывались вместе, планширь к планширю, образуя плавучие платформы. С самого начала столкновение являлось войной на истребление, кровавым боем, в котором цель состояла в том, чтобы очистить от команд вражеские корабли.

Однако не узкие и хищные весельные ладьи — величественные и грозные — играли главную роль на последнем этапе экспансии викингов в западном направлении. «Звездами» на сцене событий сделались широкие и прочные грузовые корабли, или кнарры, ставшие рабочими лошадками океанов и морей. Именно кнарры несли на себе первооткрывателей и последующих поселенцев в Северную Америку к берегам Доброго Винланда, «Страны вина», той самой сказочной земли обетованной, затерянной где-то на восточных берегах современных Канады и Соединенных Штатов. Кнарры стали особой страницей о поражающей воображение страсти викингов к приключениям.

Что за дивное полотно эта книга! Какой пышный и роскошный показ истории!

Хронология

История викингов

Так что же представляли собой викинги?

В 789 г. король Беортрик взял себе в жены Эдбюр, дочь короля Оффы. Именно в те времена впервые на трех судах появились норманны (буквально — люди с севера. — Прим, пер.), пришедшие из Хордаланда. Управляющий от государя, который не знал, кто они такие, поспешил к тому месту, где их видели, с намерением заставить незнакомцев явиться в королевское имение. Чужаки убили его. Так впервые заявили о себе датчане в Англии.

Вот что рассказывает о первом появлении и первой жертве викингов «Англо-саксонская летопись». Спустя четыре года, в 793 г. от Р.Х., состоялся хорошо известный набег на островной монастырь Линдисфарн: «Явились богомерзкие язычники и грабежом и убийствами осквернили церковь Божью в Линдисфарне». Как писал живший в те поры ученый монах Алькуин: «Никогда прежде не творилось такого ужаса в Британии, что испытали мы теперь от безбожного племени. Никто и не мыслил себе такого нападения с моря, не знал, что оно возможно. Только взгляните на церковь Святого Кутберта, где всюду пролилась кровь священников, забрызгавшая украшения. Было ль место более благочтимое в Британии? И оно пало добычею язычников».

Образ викингов как кровожадных безбожников берет начало в известной уже и тогда концепции «варваров с севера». В глазах античных авторов, живших в странах Средиземноморья, мир просто и удобно делился на две части: жаркий, сухой, яркий и цивилизованный юг, с одной стороны, и с другой — холодный, сырой, темный и далекий варварский север. Первым намеком римлянам относительно нарушения гармонии и баланса стало продвижение в Южную Галлию примерно в 100 г. до Р.Х. племен кимвров и тевтонов. Римляне осознавали, что пришельцы происходят с Датского полуострова, однако нервный центр смертельной угрозы для империи располагался еще севернее. В итоге погубившие Рим остготы и вестготы описаны Иорданесом (готским хронистом VI века, писавшим на латыни. — Прим, пер.) как этакие экономические беженцы с перенаселенного балтийского острова Готланд.

Скандинавский аспект варварской угрозы пережил крушение Римской империи. Франки, создавшие государство на обломках великой державы и унаследовавшие многие римские традиции, постепенно обнаружили, что угроза с севера актуальна и для них. Экспедиция Гюгелака Гета в Рейнскую область, упомянутая Григорием Турским (франкский автор VI века. — Прим, пер.) и в принадлежащей неизвестному автору поэме «Беовульф» (рассказывающей о событиях VI века, но написанной, вероятно, двумя столетиями позднее. — Прим, пер.), — по всей видимости, событие, если можно так сказать, одиночного характера. Когда каролингские государи овладели Центральной и Северной Германией, вследствие чего оказались перед южными рубежами ареала распространения скандинавских, или датских, поселений, викинги сразу же вошли в анналы истории, внеся в нее неожиданно длинный кровавый след.

Когда кто-нибудь берется описывать Скандинавию в преддверии наступления эры викингов, возникает соблазн разделить ее на три части, населяемые датчанами, норвежцами и шведами. Подобная тенденция в значительной мере обусловлена средневековой историей. Главным различием викингов из тех или иных регионов является язык — лингвистические особенности восточных и западных скандинавских диалектов. Картина осложняется довольно ранним появлением централизованной монархии в Дании. Признаки формирования там государственности на уровне, превышавшем бы клановый или племенной, отмечаются в «Франкских королевских анналах». Изъявление покорности Годфреда Датского Карлу Великому рассматривалось хронистом как действия государя всего Датского королевства (Годфред, или Гудфред, правил в конце VIII — начале IX века и успешно воевал с каролингской империей. — Прим. пер.). Наличие довольно концентрированной власти в руках датского монарха очевидно в восстановлении так называемой даневирке (danevirke) — довольно мощной и построенной еще до викингов фортификационной линии, отделявшей Ютландию от остальной Европы.

Требовался довольно богатый и властный государь, чтобы провести такие крупномасштабные работы.

В «Франкских королевских анналах» далее отмечается, что королевство Годфреда включало и регион Вестфолда (т. е. северо-восточные районы Норвегии. — Прим. пер.). Хотя, по мнению автора хроники, данная заморская провинция располагалась в Британии, фактически же она находилась в Норвегии. Образование датского плацдарма в Вестфолде можно рассматривать как начало датского владычества в Норвегии. Данный факт привел к довольно раннему возникновению норвежской монархии с королем Харальдом в IX столетии.

У англосаксов в ту пору викинги именовались «язычниками», «данами» или «норманнами», термин же «викинги» сам по себе редко применялся где-то за пределами Скандинавии (несмотря на то что некоторые ученые выводят слово из саксонского wic, обозначающего военный лагерь). Франкские хронисты называют их nordmanni (норманны, или просто северяне), тогда как германские хронисты пользуются словом ascomanni (что, возможно, означает ясеневые и может быть объяснено материалом, из которого строились ладьи, хотя в действительности для подобных целей использовался не ясень, а дуб). Испанские мусульмане называли викингов «аль-маджус» (языческие колдуны), славянские источники — «рус» (возможно, из-за финского названия Швеции — Ротсий), а византийские — «рос» (от греческого прилагательного «красный», по-видимому, из-за румяных лиц), или «варангой» (возможно, от древненорвежского var, «клятва», что подразумевает под собой отряд воинов, связанных друг с другом клятвой верности). Одни лишь ирландцы, именовавшие викингов «лохланнах» (lochlannacb — северяне) или «гайлл» (чужаки или иностранцы), попытались провести различие между норвежцами («финн-гайлл» — белые чужаки) и датчанами («даб-гайлл» — черные иностранцы). Прочие хронисты демонстрировали склонность применять термин «датчане», «норвежцы» и даже «шведы» попеременно и вне четкой связи с теперешними национальностями. Так, например, Адам Бременский, писавший около 1075 г., говорит о «датчанах и шведах, которых мы называем норвежцами, или норманнами», и также сообщает нам, что «датчане и шведы и другие народы за пределами Дании [т. е. норвежцы] называются норманнами». Посему, когда «Англо-саксонская летопись» то и дело упоминает «денов», или «данов» (Dene или Dani), не стоит думать, что все эти викинги происходили из Дании.