– Дороги людей расходятся, так уж бывает. Особенно после окончания школы. Не всегда случается дружба навек! – с неожиданной злостью воскликнула она. – И вообще, это он свалил, а не я! В том числе и сейчас!
– «Гордость и предубеждение».
– Вранье, – фыркнула Соня и сложила руки на груди. – И почему это ты защищаешь его, а не меня? Я твоя внучка, а не он.
– «Ярмарка тщеславия».
Она закатила глаза.
– Лучше давай поработаем над твоей книгой.
Соня подошла к ноутбуку и вдруг замерла. Кончики пальцев внезапно закололо, и она склонилась чуть ниже. Книга в невидимых руках ее дедушки подплыла ближе. Вместе они посмотрели в экран.
«Неплохой фрагмент, но страдает логика. В начале истории Петр – подросток, его мир черно-белый, он не может мыслить такими взрослыми концепциями. Ты слишком к нему жестока».
Соня сглотнула и выдавила из себя смешок:
– Теперь мы что, пишем втроем?
Издание Теккерея тут же метнулось обратно на стеллаж, и его заменило другое.
– «Трое в лодке, не считая собаки», – прочитала Соня вслух и покачала головой: – Да уж. Только этого нам не хватало!
Дни полетели за днями. Солнце сменялось хмурыми тучами, кружевные блузки – шерстяными кофтами. Все чаще в библиотеке к запаху пыли и книжных страниц примешивались ароматы тыквенного латте, яблочного пирога и сладкой корицы. Динка, наконец, все-таки вернулась на работу, и призрак дедушки больше ее не донимал. Правда, она все равно с подозрением косилась на стеллажи и отчего-то заглядывала за угол с помощью зеркала.
– Ты же в курсе, что это не от призраков помогает? – спрашивала Соня.
Та кивала и убежденно повторяла:
– Но лишним все равно не будет.
Роман двигался медленно, урывками, и девушке порой казалось, что она тянет за собой поезд, в котором машинист и не думает ударить по газам. Оставаясь в одиночестве, они спорили – насколько можно спорить с обложками книг, – меняли один фрагмент, другой и в один из дней едва не разругались напрочь, так что книги сплошняком посыпались со стеллажей. Соня знала: ее дедушка гений, но не могла бросить спор. Упрямилась излишне, раздражалась сама на себя, но ничего не могла поделать. Ведь если книга напишется быстро, он уйдет навсегда. И этого уже ничего не изменит.
Максим больше не появлялся. Точнее, так она думала, пока однажды Динка не налетела на нее с округлившимися глазами и недовольными воплями:
– Ты почему мне не сказала, что у нас теперь есть такой красавчик?!
– В каком это смысле – есть? И что за красавчик?
– Его зовут Максим. У него есть собака по кличке Пуаро, и он из тех мужчин, которые сексуально читают книги, – тут же отрапортовала подруга.
Соня скептически приподняла бровь:
– Что это еще за сексуальное чтение?
– Если бы ты видела, то не спрашивала, – отмахнулась та. А потом вдруг подозрительно прищурилась: – И мне показалось, что он ожидал увидеть кое-кого другого в библиотеке.
– Призрака? – не удержалась от смешка Соня.
Динка повела плечами:
– Не напоминай. Я тут повсюду лавандовые мешочки разложила и с солью полы вымыла на всякий случай, чтобы ничего потустороннего к нам не забрело.
Стопка книг на столе слегка дернулась.
– Так вот, – продолжила девушка. – Он спросил, когда твоя смена. Я, конечно, сказала, что это конфиденциальная информация, все дела, но намекнула, что теперь ты работаешь два-два.