Осенняя почта: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Дим, – растерянно протянула Вета, вдруг осознав, что чувства, которые выросли из воспоминаний, окрепли и чуть не разрушились по вине третьего лишнего, никак не были связаны с Костей. Точнее, и с ним они были связаны, потому что третьим лишним как раз оказался сам Костя. – Прости…

Вета подняла яйцо перед собой и крепко сжала его в ладони. Хрупкая скорлупа треснула, и, раскрыв пальцы, Вета выпустила стекающую вязкую студенистую жидкость.

– Ты что, рехнулась? – Димка подскочил к Вете, схватив ее за ладонь и недоуменно смотря в глаза. – Это было последнее яйцо! Что ты теперь отнесешь жабе за приворот?

– У тебя точно больше не осталось приворотных яиц? – Вета затрясла головой, ожидая Димкин ответ.

– Издеваешься? Конечно нет! – Он сбросил рюкзаки на землю и всплеснул руками. Глупая растерянная ухмылка расползлась по его лицу.

– Хорошо, – отрезала Вета и решительно шагнула к Димке, поднимаясь на носочках и овивая его шею крепкими объятиями.

Димка вздрогнул, почувствовав, как новый глоток воздуха пронзил и сковал все его тело. Поддавшись порыву, он прижал Вету к груди и, склонившись к ее лицу, коснулся ее озябшей на ветру щеки, согревая своим теплом. Выдохнув бессилие, Дима посмотрел Вете в глаза с легкой грустью и надеждой, будто силясь прочитать в них взаимность, и, разглядев в ее взгляде отражение своих чувств, горячо поцеловал.

Екатерина Андреева. Я найду тебя в книгах

Дождь барабанил по крыльцу. Звонко, старательно, больно. Лужи растягивались по асфальту, увлекая в свои мутные отражения обмокшую листву на деревьях, серые дома, расплывчатые силуэты людей. Соня вздохнула. С зонтика бисером летели капли. Ноги вымокли, плечи обдувал ветерок, но заходить внутрь не хотелось. Небо тяжело нависало над городом. Пахло прелостью и влагой. Пахло осенью.

Девушка прикрыла глаза. За спиной тянуло спасительным теплом, в приоткрытую дверь просачивался золотистый свет, но она намеренно продолжала мерзнуть. «Погода сегодня под стать», – думала Соня, с болезненным удовольствием разглядывая пустынную продрогшую улицу. Так и должно быть. Мерзко, стыло, пусто. Как и на душе.

Телефон коротко дрогнул эсэмэской, и она вздрогнула в ответ. Работа не умела ждать. Никогда. Соня раздраженно выдохнула, неохотно вернулась под козырек, стряхнула капли с зонтика и зашла внутрь. Стоило сделать только шаг, как губы невольно тронула улыбка. Родной аромат потянулся к ней навстречу. Запах деревянных половиц, старых переплетов, набившейся в уголки пыли. Запах библиотеки.

Она не спеша повесила мокрую одежду, расправила зонтик и прошла вглубь. Два просторных зала детской и взрослой секции, высокие стеллажи, доверху набитые книгами. И небольшие столы, для тех редких посетителей, которые захотели бы почитать в библиотеке. Затихший мирок, уютный.

Она поставила кипятиться маленький электрический чайник, пощупала чуть теплые батареи, отыскала в ящике заначку сахарного печенья. Но потом замерла. Огляделась.

В библиотеке – как, впрочем, и всегда – было тихо. Казалось, все здесь застыло, даже время, еще столетия назад. Девушка улыбнулась, привычно оглядывая тяжелые стеллажи. Она-то знала правду. Всё здесь гремело и грохотало от бесконечной жизни. В каждой секции, на каждой полке таился целый мир с его героями, битвами, осенними дождями и жаркими пляжами, отравленными винами и медовыми сладостями. В этой замершей тишине звенели сотни голосов, стоило лишь прислушаться. В груди снова потянуло. Одна история теперь умерла. Навеки.

Соня отвернулась. Смотреть на книги больше не хотелось. Налила чай в побуревшую от времени кружку, закинула в рот печенье, села за стол и медленно прожевала. Есть не хотелось. Лишь многолетняя привычка заставляла ее двигать челюстью. В голове назойливо бормотал мелодичный голос диктора: «…на восемьдесят шестом году жизни скончался известный писатель Николай Андреевич Шишкин. Его романы уже давно вошли в списки самых продаваемых книг десятилетия, однако последнюю свою работу закончить он так и не успел…» Девушка обессиленно опустила голову на стол. Печенье застряло в горле. Слезы жгуче застили глаза. Ей вдруг захотелось уволиться. Никогда больше не видеть этих стеллажей, никогда больше не брать в руки книгу. Он когда-то подарил ей к ним любовь, а теперь забирал с собой в могилу.

Соня судорожно вдохнула, срываясь на всхлип, и раздраженно отерла глаза. Нет, ему бы это не понравилось. Она так и представила, как он щурит ясные голубые глаза и шутливо грозит ей пальцем. Его побелевшие густые брови хмурятся, морщинки разбегаются по лицу. «Выше нос, маленькая разбойница!» Девушка усмехнулась. Известный писатель – а для нее просто дедушка – вечно обзывал ее так. Ее! Спокойную, пугливую и тихую. Лишь за то, что она всего-то раз в своей жизни стащила книгу из библиотеки. Его любимую «Снежную королеву». Так потом и привязалось…

Что-то стукнуло, и девушка подняла голову. Тишина повисла вновь.

– Эй? Дина?

Никто не ответил. Она не удивилась – ее коллега никогда и не думала приходить вовремя. Может, какой-то безумец решил провести промозглое осеннее утро воскресенья в библиотеке? Она неохотно поднялась и прошла в детскую секцию. Коридор и входная дверь одиноко темнели по правую руку. Здесь было пусто.

Девушка огляделась и удивленно приподняла бровь – на полу у стеллажа валялась раскрытая книга. Она упала плашмя, корешком вверх, наверняка сминая под собой старые желтоватые страницы. Голубая обложка, серебристые буквы… Соня невольно вздрогнула, мгновенно признав книгу. «Снежная королева».

– Что за ерунда, – пробормотала она. Подошла, подняла несчастную с пола и посмотрела на разворот.

Ее бросило в жар и в холод одновременно. Девушка пошатнулась, ноги раскиселились, и она едва не упала, ткнувшись спиной в стол. На развороте пестрел акварельными красками рисунок. Мохнатый северный олень с ветвистыми рогами грозно поднимался на дыбы. Сверху на нем сидела укутанная в меха Герда, а рядом… Рядом стояла та самая маленькая разбойница. Соня раздраженно захлопнула книгу.

– Кажется, я уже схожу с ума! – пробормотала она, возвращая томик на место. Ей вдруг стало не по себе. Привычно уютная тишина библиотеки сумрачно нависла над девушкой, и ей захотелось немедля ее нарушить. – Будешь мало спать, и не такое начнет мерещиться.

Она отвернулась от стеллажа и пошла обратно в основной зал, как… Бум! Соня застыла. По спине побежали мурашки. Уж кому, как не ей, знать этот звук наверняка. Звук свалившейся на пол книги. Она обернулась. На этот раз на полу лежало сразу две.

Девушка подошла ближе и присела на корточки. «Малыш и Карлсон» и «Золотая печатная машинка». Соня нахмурилась. Она не помнила, чтобы книги стояли рядом. Одна уже совсем старая, другая – новенькая. Молодая, как бы сказал дедушка. «Вот поживет книга подольше, тогда и посмотрим, что она из себя представляет, – говорил он. – С кем познакомится и в кого превратится!» Он, конечно, шутил, но что-то волшебное чудилось в его словах.

Вспомнилось Соне и еще кое-что. «Дайте мне банку варенья, и никто не пострадает, – по-детски ворчал именитый писатель. – Тоже мне придумали, здоровое питание! Да я здоровее вас всех, вместе взятых! А варенье еще никому не вредило!» Спорить с ним было бесполезно, да и не хотелось. «Ты прямо как Карлсон», – смеялись младшие внуки, а Соня только хмурилась. Знала, его мотор уже замедляет бег.

– Очень смешно, – выдавила девушка, водворяя книги на место. – Спасибо тебе, Вселенная, за такие издевательства!

Но не успела она вернуть книги на место, как с соседней полки полетели сразу три. Соня вскрикнула и отпрыгнула в сторону, прикрывая голову руками.

– Да что ж это такое?! – вскричала она, пытаясь унять громким криком страх. – Вы с ума, что ли, посходили?